Йа уссался.))))) Харина ссылается на Орлову, Орлова на Харину, никому отвечать не охота за публикацию персональных данных. Но первая здесь опубликовала Орлова. За что ей всеообщее презрение: Ууууу, ссссссука!!!
Её уже вытаскивали из студии за шиворот сторожа-зулусы, но она вырывалась и бежала к отключенному микрофону.
— … А после войны я сразу устроилась в крымский литературный кружок наливать в чернильницы чернила и затачивать куриные и голубиные перья. Наливать получалось лучше, поэтому меня часто оставляли после работы разливать на междусобойчиках. Учитывая, что все члены литсообщества были алкоголиками и девицами с низкой социальной ответственностью, — я на работе жила. Там прижила детей, мужа и цирроз головного мозга. Цирроз печени у меня врожденный. После этого начала писать складные предложения столбиком и не очень, через точку. ВО — ПРОЗУ! Вспомнила.
На одной из попоек с СП Крыма, случайно выкрала у его председателя печать и корочки удостоверения. К утру я уже числилась членом Союза писателей Крыма. Правда об этом никто не знал, но я пихаю это почетное звание, куда только можно и нельзя. И прилагаю фото юбилейного значка «Четыре года Киеву» на своей груди, рядом с «Ну, Погоди» и Гагариным. И тут, как говорится — «Попёрло!» Меня с почестями приняли на сайт стихи.ру и домстихов. Так началось моё творческое восхождение на Олимп. Со своими прзвдениями я была частой гостьей в колхозах и совхозах СССР, Украины и России. Я декларировала свои буквосочетания дояркам и свинаркам со сцен таких клубов, которые и не снились евреям. Могилкину и Уткину в частности. Мне стоя рукоплескали пьяные пастухи и механизаторы, которые кроме частушек про топор у села Кукуева, ничего умного сочинить не могли. Я уезжала из глубинки вся обвешанная вязанками баранок и с говяжей ногой подмышкой. Мои стихи печатали в газетах и журналах: «Свиноводство», «Сельская явь», «Гудок свистка», «Доярка» и на последней страницы комикса «Как своими руками собрать самогонный аппарат из комбайна и к утру обратно».
Всё закончилось в один момент, когда СССР распался и Крым отжали в пользу России. С ними развалились колхозы и совхозы, основная моя аудитория. Я бежала в Константинополь заново перекреститься, спасла вора, написала для него панегирик, а евреи Уткин и Могилкин все обосрали. Особенно Уткин. Вообще растоптали моё величие.
Старушка расплакалась, но прибывшие санитары уже выводили её в смирительной рубашке к машине.
Ветер в парус дул, самоходка летела, поскрипывая на пролетавших астероидах. Говарду надоело стрелять, и он спустился в кубрик. Выпил, конечно, закусил, и задумался:
«Юша прибыл быстро. За микросекунду. По дороге заехал к навестившей его сестре». В памяти, из другой жизни, всплыла поездка в Казахстан. Выехали тогда в 6 машин, вкл казахов из Алматы, и ГУт был ведомым. Но до границы добрались лишь две. Остальные, то за сестрами свернули, то на заправку. Минус казахи на джипе. Потом не встретились».
— Слышь? – Вылез Говард из люка. – А с чего ты взял, что пуи соберутся именно в транс-экспрессе?
— На вокзале сказали. – Стрелял Могилкин по пролетающим тарелкам.
— На каком вокзале?
— На трансэкспрессионом.
— Ничё не понимаю. Когда я улетел в солярий, на Земле одни диплодоки бродили, немцы, Александр Ярославович и злые дети. Статуи женщин с веслом и Рерих с Блаватской шамбалу искали. Парикмахера ты ещё выпустил.
— Отстаёшь от жизни. – Бросил пулемёт Могилкин. В каюте также выпил, закусил, и снова выпил. – Мы сейчас приближаемся к точке «ИКС» и времени «Ч», где перепрыгнем в экспресс, и завершим мой просчёт.
— Я чё думаю, — разумеется, тоже выпил Уткин. А как быть трезвым в космосе? Холодно, бля, в одной майке. – Нахуя нам ждать время «Ч» и лететь на Плутон? Мы в пути настигнем одну из субстанций пуя, или две, уничтожим, и целое не сложится.
— Как мне это на Земле не пришло в голову? – Застучал по лбу Юша. – Я бы мог и на Земле предотвратить катастрофу.
— На, выпей, — наполнил стакан водкой Говард, и придвинул к товарищу.
Могилкин выпил не задумываясь. Алкоголик, хукли. Вылез наружу и начал пиздошить всё пролетающее мимо из пушки. Пока не кончились снаряды. Достал пистолет. Тоже все запасы расстрелял.
— У тебя есть ещё чё? – Спустился вниз.
Говард налил ещё стакан водки:
— Замёрз, наверное, в космосе?
— Нет, но выпью. – Махнул Могилкин ёмкость. Закурил папиросу и сложил ноги на стол. – Всё, пиздетц пуевым малькам.
— Уверен?
— Сомневаешься?
— Сомневаюсь. – Сбросил его ноги Уткин. – Пуй не однороден. Уничтожать надо в корень.
— Лететь на Плутон? – Утомился Юша.
— Лететь на Плутон. – Поглядел в глаза Могилкина Уткин.
— Пачку папирос, — нагнулся Юша к окошку.
— Тот, кто купит здеся пачку, тот получит …
— Водокачку. – Ответил Адонаевич известной фразой из к/ф.
— 100 рублей. – Сказал продавец, тот самый бомж-олигарх.
— Слышь, животное, — вытащил его наружу за сальный волосы Могилкин. – Тебе этот завод дарован свыше, а ты мне про какие-то 100 рублей блеешь. Фамилия?
— Рерих.
— Еврей?
— Сам ты еврей! – Залез обратно в будку олигарх и безвозмездно выдал пачку Беломора.
— Еврей, еврей!!! – Заголосила какая-то бабка вдалеке. – И друг его, Уткин, тоже еврей.
— Харина?! – Обернулся Юша. – Тебе всё неймется? Дети, фас!!!
Дети самые жестокие люди в мире, если кто не знал. Они ещё не совсем понимают, что такое хорошо и не очень. Поэтому, перемазанная шоколадом и мороженным, вся свора накинулась на не свежую (нещасную) Харину и обоссали её с ног до головы переработанным «Дюшесом». Бабка долго отбивалась от солёной газировки, но победила молодость, и она сдохла.
— Спасибо, ребятишки, — поблагодарил их Юша и принялся думать, что делать дальше и где искать пуя.
В это время, ГУт вялился в бункерном солярии на Луне в окружении нимф, сирен, русалок и пивных бутылок. Загорал.
— А не искупаться ли нам в проруби?! – Вдруг его пробило на экстрим.
— Да, да, да!!! – Заголосили сладко сирены и зазвенели бутылки.
Говард резво выскочил из солярия и улетел в небо. Притяжение отсутствовало. Даже 5 тонн пива внутри не спасло. Только пиво, побрякивая, с наслаждением легло в прорубь остывать.
Но вскоре ГУт вернулся обратно, весь продрогший, зуб на зуб не попадающий. Улетел-то голым.
— Пивка? – Спросила одна тупая неяда.
— Водки!!! Штоф!!! – Трясся Уткин. – И одеяло шерстяное.
Выпив водки, он развернул принесенное одеяло и ужаснулся. Прямо по центру зияла огромная дыра.
— Это что? – Одел он одеяло, как панчо, и показался кастелянше.
— Ой, извините! – Запричитала та, ничего не понимая. – Моль, наверное, завелась.
— Какая в жопу на Луне моль, да ещё в бункере?!
Пожилая лунатка не знала, что сказать, лишь развела руками:
— Бункерная моль, думаю.
— Бункерная моль, говоришь? – Вдруг задумался Говард. – У вас тут есть связь с Землёй?
— Да, конечно, — принесла тётка огромный дисковый телефон.
— Набирай. Я не знаю, как им пользоваться. – ГУт продиктовал номер.
— Слушаю вас, Говард Фридрихэнгельсович, — послышался в трубке знакомый голос.
— Ты где?
— Там же, где мы и расстались. – Это был Юша Могилкин.
— Ноги в руки, и давай на Луну. Кажется я вычислил пуя.
— Пиво брать?
— Нет. Давай быстрей!
Взяв ноги в руки, Юша громко пукнул, подняв пыль на пустыре, и был таков.
— Нихуя себе! – Смотрели дети в небо.
Когда девица, гремя подшипниками и членосуставами, ускакала, Говард убрал в карман платок, которым махал вослед, и повернулся к Могилкину.
— Не поеду я в Антарктиду. Она у меня, после Болта, вот здесь. (показывает на горло). Поеду-ка я в солярий Тарковского.
— На Солярис?
— На Луну. Недавно открылся. Там не надо тупо лежать в саркофаге, можно всё, типо, каг на море.
— Ты тока санапы вернулся! – Удивился Могилкин.
— Бля, я там за две недели 5 раз на море был.
— Бухал?
— Нет. Неахота было идти, когда за углом бассейн.
— А далеко идти?
— Метров 30.
— Да вы, эстет, батюшка.
— Эпикуреец, йоптыть. Тем более, мне не совсем ясна была временная структура местного континуума.
— Я ведь мог нырнуть ванапе, а вынырнуть в 19 веке.
— Тебя это смущает? – Не понял Юша.
— Нет. Но я там жил уже. Не хочу в прошлое.
— Мужики, — прервал их спич уже пьяный бич-формовщик, — а закурить у вас не будет?
— Кури! – Говард Уткин построил рядом с пивзаводом фабрику им. Урицкого, из труб которого сразу пошел дым.
— Вы настоящие! – Восхищенно произнес бомж-олигарх.
— Можешь потрогать. – Хохотнул Могилкин.
— Слышь, чмо, — подтянул того за рукав Уткин. – А ты на выборы ходил?
— Обязательно, — согласился мужик. – За Ельцина голосовал, за вашего путена потом всё время. Медведев лупоголовый какой-то. Курить везде запретил. Цены поднял на водку.
— Иди, бедолага. – Отпустил рукав Уткин. – Ты слышал? Наш путен. – Посмотрел он в глаза Адонаевича. – Он, (показал большим пальцем за спину на убегающего олигарха), голосовал за пуя, а наш пуй всё уничтожил.
— Чё ты предлагаешь, — взорвался Могилкин, — мне снять штаны и насрать себе на голову?!!!
— Было бы забавно, — щелкнул Уткин пальцами и появился батут, к которому мгновенно стеклась местная детвора с воплями: «Луна-парк приехал!!!»
— Я пошутил. Ищи малька. А я в солярий.
Говард Уткин достал из портсигара паровоз Пойндекстера,
Облачился в скафандр.
И улетел загорать на Луну. Ахуевшие дети перестали прыгать на батуте.
Юша, как мог, принялся успокаивать ребятишек:
— Только, не надо путать Тёмного Господа с Сатаной и Ильда-Баофом, это разные Божественные Сущности и у них разные запрограммированные задачи и цели в Матрице Творения. Ибо ошибка в понимании и классификации множества Богов, ведёт к неизбежному попаданию в Колесо Самсары (Иллюзии) или Колесо перерождений, реинкарнаций.
В это время, я был в МСК, но с Могилкиным не коннектился. Был в курсе его трагедии. Даже обрадовался. Ибо, нещадное пекло сводило на нет любое употребление всего горючего. ))))
Шутка, конечно. И печалька. Как улететь в космос в ракете без окон. ))) Я редко бываю на Земле.
Он ещё мне должен был передать древнюю уже, но восстановленную, скандинавскую разделочную доску из дуба для местного краеведческого музея. Вирус прервал общение.
Косс всё собрал воедино и много. Размышления, понятно. Ковид-19 есть, и это не шутки. Но вопросов всего два:
1. Правда. (кто, где, зачем и почему?)
2. и Доколе? (это о вакцинациях. Изобретатели должны иметь и противовирус, раз понимают его происхождение).
Опять «триста семей» или СПИД не всё выкосил? А наркомания и алкоголизм?
— А ведь безбашенный Пойндекстер и был тем самым мальком, — запивая пивом очищенную Могилкиным воблу, вдруг осенило Уткина.
— Бля, точно. Как я сразу не допёр? – Почему-то сказал Могилкин.
— Да потому-что ты всех пиздошишь сразу вёслами, не разбираясь кого и за что.
— Что выдали на складе, тем и пиздошу, — принял Юша позу статуи.
— Я б те вдул! – Уссался Говард. ))))
— Я бы тоже, — посмотрел на эту картинку Юша. – Лучше, чем заниматься акротомофилией с Милосской.
— Чё будем делать?
Вместо ответа, Юша дернул стоп-кран, и состав остановился в чистой прерии. Они спрыгнули на песок, а поезд укатил дальше.
— И? – Не до конца понял манёвр товарища Говард Уткин.
— Ссать хочу! – Многозначительно произнёс Могилкин и побежал за ближайший, единственный бархан в пустыне. Говард же расправил поля буденовки до полей сомбреро. Солнце пекло нещадно.
— Смотри! Прикольно! – Прибежал Могилкин, потряхивая оголенным концом себя.
— Фу-у, извращенец, — отвернулся Уткин.
— Чёй-та сразу извращенец? Это не на Мерседесы ссать в Анальном переулке! – Вспомнил он дела минувших дней.
— То, постановочное фото было.
— А здесь — нет. Здесь – реальность. Я ссу на бархан, а он уходит от меня. Догоняю, пристраиваюсь, он опять уходит в сторону.
— Обычное дело, — пожал плечом Уткин. – Блуждающий бархан. Природоведение, 4 класс.
— Необычное. – Застегнулся Юша. – Я ещё их не создал. Это пресс-секретарь пуя – Песков.
— А нам он, каким боком?
— Смотри, — уселся рядом стратег. – Мы будем ссать на него со всех сторон, он будет от нас убегать, и, в конце концов, приведет к пую.
— С чего вдруг? Он всегда юлит, отводя от босса молнии. И где мы столько пива возьмём, что бы выжить в этом пекле и доссать его до железобетонного комбината?
— Пивзавод построим.
— Из чего? Из песка? – ГУт зачерпнул и пустил его меж пальцев.
— Я не понял пессимизма, — заслонил Могилкин солнце. – У тебя инопланетяне изо льда строят атомные реакторы, а мы не сможем из песка создать пивзавод?
— Так то – инопланетяне, а мы простые боги. Создадим. Но я не инопланетянин, я уже хуй куда пойду дальше, пока песок для пива не закончится.
))))
ПС. В итоге они нашли тот самый ЖБК, куда устроился князь Генри Пойндекстер, имхо пуй, но в России.
— Что случилось с заводом? – Нашли подельники какого-то бродягу, складывающего в тележку обрезки металла.
— Закурить есть? – Уселся важно тот.
— Кури. – Протянули пачку.
— Я 40 лет проработал на заводе формовщиком. Мы город построили. – Начал бич.
— Короче!!!
— Какие-то Говард Уткин и Юша Могилкин прислали нам нового начальника.
— Что значит «какие-то»?! – Схватил его за шиворот Могилкин.
— Откуда я знаю? – Бомж выпал из телогрейки, и отошел на безопасное расстояние. – Он сказал: «Его электорат выбрал». И назвал эти фамилии.
— Ты хоть знаешь, что такое «электорат»? – Бросил ему телогрейку Юша.
— Спасибо, — поймал одёжку бомж. – Электорат, это, думаю, ведомство главного энергетика. Я, просто бетон заливал в формы.
— Начальник где? – Всё понял Уткин.
— Пути господни неисповедимы …, — развёл руками бедолага, почему-то глядя на Могилкина.
Глядя на такое техническое совершенство, ГУт отказался от слуг супер барабанщиков, позвонив знакомому финскому таперу с Мосфильма, который незамедлительно прибыл со своей табличкой: «В пианиста не стрелять, он играет, как может». Тапер был старым алкоголиком, поэтому над Африкой зазвучала неизвестная там доселе музыка, но традиционная английская баллада «Дом Восходящего Солнца»: www.youtube.com/watch?v=RRogd-JHGr8
Вся Африка зашлась в диком экстазе, а Говард поспешил за Юшей на противоположный континент – Америку.
В Америке всё было кака бычно. Ковбои, джинсы, жувачка и сока-кола в ларьках. Иногда проносились поезда и индейцы, бизоны и стервятники.
— И чё мы сюда приехали? – ГУт вытер пот под буденовкой.
— Сам как думаешь?
— Я сюда не думать приехал, а действовать. – Говард вынул шашку из ножен и, с громким щелчком, вогнал обратно. – У меня там музыка вафреке не доиграна.
— Так сказал, будто утюг не выключил. – Улыбнулся Юша.
— Бля! Я и утюг не выключил!!!
— Где?
— В караганде, йопт. Чё ржёшь? Там на облаке. «Поехали, посмотрим, какую я плоскую землю создал». — Передразнил Говард другова бога. – Посмотрел.
— А чё ты так переживаешь? Ну, прогорит облако, упадёт твой утюг в какой-нибудь пустыне. Я ж ещё не всё тут создал.
В это время, вдалеке, со свистом, пролетел метеорит, и йобнулся где-то на другом конце континента.
— Вот и твой утюг нашелся. Какой он фирмы был?
— «Мехико».
— Будет Мексиканским заливом. – Достал Юша карту и обвёл нужную область красным фломастером.
— А чё мы тут ваще делаем? – Уткину не терпелось в бой.
— Малька пуя ищем. Нам сейчас до станции, а там до Колорадо.
Но, когда ГУт и ЮМ добрались на попутках до ближайшего полустанка, поезд, моргнув задними красными фонарями, уплыл вдаль. На крыше последнего вагона сидели – дейнозух Гена и примат Чебурашка. Один играл на гармошке, другой шевелил ушами в такт стыков рельс.
— Когда следующий? – Спросил Могилкин в кассе.
— Через месяц.
Юша быстро расчехлил походную, ещё с БАМа, гитару с губной гармошкой сверху, и запел на свой манер, услышанную мельком вафрике, древнюю британскую балладу: www.youtube.com/watch?v=iAwG6ZDo0wI
Через полчаса, мигая белым светом заднего хода, поезд вернулся на станцию.
Примерно в то же время, ну, плюс/минус полтора-два миллиарда лет, Юша Могилкин кручинился, что облажался с папирусом на создание земных тварей и на складе ему отгрузили не тот контингент, поэтому пил горькую, сладкую, кислую, щелочь, болотную воду и авиационное топливо. Но радости оно не приносило. Тогда он взял огромное ружьё, глубокий сачок, трёхкилометровую удочку, и пошел стрелять, рыбачить и ловить клещей, комаров и коммунистов. Одной рукой он удил водных гадов, другой нахлобучивал насекомых, третьей стрелял налево и направо, а четвертой перезаряжал ружьё. Калибр винтореза был немыслимым, — 200-килограммового вепря разносил в пыль с одного выстрела.
Однажды, гоняясь на прирученном смилодоне по пампасам за мухами цц и отстреливая попутно гиен и коммунистов-нгбанди, он встретил странного мужичка на лыжах, в ватнике и с автоматом ППШ на груди.
— Сусанин? – Сразу узнал он его по зипуну и бороде.
— Хуй там! Ковпак! – Гордо ответил старый партизан.
— Фашисты есть в Африке? – Спросил Юша.
— Сам ищу. – Сказал старик, развернулся, и ушёл по песку в заросли.
— Вот и поговорили. — Могилкин вынул из наплечной кобуры канистру с пивом, долго, с придыхом, пил, потом поскакал дальше.
Через несколько дней пути вдалеке разглядел 8-метровый «Daewoo Matiz» F-класса.
— Говард! – Прошептал он, пришпорив смилодона.
Говард ходил в матросском костюмчике африканского плантатора с пулеметом Льюиса, как у товарища Сухова, на плече. На пробковом шлеме развевались две ленточки с якорями, а на тулье кровью было написано: «АВРОРА!» С восклицательным знаком. Перед ним до горизонта были выстроены по росту все пигмеи континента.
— Привет!
— Привет!
— Что за парад? – Закурил Юм Адонаевич, когда друзья выпили, закусили, снова выпили, и снова закусили.
— Ксилофон хочу сделать.
— Каким образом?
— Вот смотри, — встал Уткин и, невесть откуда взявшимися войлочными колотушками, начал стучать по головам пигмеев. – Слышишь обертона?
— Нет.
— А я – ДА.
— И?
— Хочу «Картинки с выставки» Мусоргского запиздошить.
Юша долго ржал, валяясь, но всё же спросил, вытирая слёзы:
— Нахуя?
— Просто хочу и всё. Для этого чё, особый повод нужен? Классика, йоптыть.
— А если некоторые головы одинаково звучать будут?
— Трепанировать придётся.
— А как ты один будешь молотить по всем башкам одновременно?
— Почему один? Уже дали согласие – Костакис, Джордисон, Ломбардо, Ульрих, Пейс, Ли, Баркер, Бозио, Портной, Лонгобарди … Это же будет произведение века!!! И мне забава, пока ты гадов истребляешь.
— Блин, — выколупал из зубов мидию в ракушке Юша, сплюнув на песок. – У меня рук не хватает, а ты тут хуйнёй занимаешься.
— Отрасти ещё. – Посоветовал Уткин.
— Придётся. – Допил всё Юша Могилкин, включая воду из колодца, и отправился дальше истреблять зло.
Так появился бох Шива.
Да упаси боже ехать на свадьбу, когда не только лапти и свиные уши не обгрызаны, а и ногти на руках/ногах. Поэтому меня взяли на понт. Завлекли нольсемью коньяка.
Вместе со мной тогда, из соседнего торта вылез чувак похожий на писателя Прилепина после возвращения из ДНР, который исполнил песню на иностранном языке с акцентом, играя на гитаре. Но тоже был убит рикошетом. Зря в ДНР ездил, мог бы сразу на свадьбу прийти.
Сижу щас в коньячной на ТРИтыщи245-й в тракторе без кондиционера, дует вентилятор. Коньяк бесплатно наливают только вновь прибывшим. По 8.50 за бутылку. Приходится заходить вновь и вновь. Вроде примелькался, но отмазываюсь, что это клоны. Пока верят. Или боятся, что сожгу. Я же не один захожу, а с огнемётом, который спиздил на вражеской планете, где коньк отсутствует, а только пиво.
Наверное, задержусь здесь. Солярки лететь дальше — нет. Щёлкнуть пальцами, чтоб появилась, не могу. Они в оружейной смазке. Коньяк не просто так даётся. А трактор бросить жалко. Там пингвины в кузове. Погибнут. Интернета тоже нет. Совок, йоптыть.
Но нет. Не свёлся тот нет на перспективы. Из жопы гада выскользнул другая гадина, ГУт бросил гитлера и помчался за новой.
— Оставь, — перелистал список ЮМ. — Это казахская валькирия Скульд. Сама потом припрецо.
— А та, самая мерзкая? – Огорчился Говард, так нелепо просохатив хищника.
— Патаму-што сачком надо, — пробубнил кто-то сзади.
Небожители обернулись, там стоял дорогой Л.И.Брежнев (актер В.А. Магдьяш) с сачком и варанжевом мундире-комбинезоне, увешанном орденами, медалями, значками «Олимпиада-80» и «Ну, погоди!».
— Лови, чё встал? — Кивнул Могилкин.
Дорогой Ильич, зачерпнув сачком всё, протянул богам и повесил себе на грудь ещё одну Звезду Героя. 21-ю пощёту.
Адонаевич принялся разбирать улов, сопоставляя со списком, и раскидывая в разные стороны:
— Птеродактили, секвойи, зулусы, амёбы, гамадрилы, Сечин, черви, воробьи, карпы, Чинганчнук, Тутанхамон, споры, акации, собаки, воблы, вепри, Иисус Христос…
— Стоп! – Остановил его Говард. – Его же не было.
— Не было. Пошутил. – Показал пустую длань Юша и продолжил: – Стрекоза, баобаб, тиранозаурус рекс, стерлядь, папоротник, Луи де Фюнес, акулы, рожь, жуки-короеды, Александр Невский …
— О! – Заржал ГУт. – У меня тут диалог с супружницей произошёл …
— Ты же бох!!! – До пупа втянулась борода у Могилкина. – Какая супружница?
— А ты думаешь, как боги создавали своих детей?
— Как свет включали, щелчком пальцев.
— Я о будущем.
— М-м. И …
— Делаю запрос, а там надо указать, где околачивался в быту. Приходит ответ. Жена читает, и фшоке спрашивает: — А чё ты в Новгородской области делал?
— Воевал, — отвечаю.
– С кем? —
– С Александром Ярославовичем.
– Это кто?
– Александр Невский, йоптыть! – теряю терпение. До — «на чей стороне» дело не дошло. ))))
— А на чей? – Хитро улыбнулся Юша.
— Ищи животное.
— Да тут одни коммунисты пошли, — нахмурился Могилкин. – Ещё жизнь на Земле не зародилась, а они все на броневиках … ОЙ, бля!!! – Брезгливо замах он рукой, откинув малька в сторону.
— Гитлер? – С надеждой спросил Говард.
— Хуже …
Но горы уже выросли, а склоны зацвели и покрылись буддийскими пагодами …
Воспоминая другого персонажа.
Я тогда только что вернулся с границы Таджикистана и Афганистана. Снял трусы, пиджак и майку, пошёл в баню мыцца. Больше негде было. Воду отключили, колодцы мусором закидали. Мне ещё банщег сказал: «Ты хоть патронтаж сними и пулемёт оставь в раздевалке». Не послушался я его, и правильно. Парит он меня веником на сухую, воды-то нет, а тут всадник в баню въезжает. В будёновке застряли стрелы (флюгер, имхо). Конь худой, сел за стол, есть салат и ветчину. Всадник, спешившись, протянул приглашение на свадьбу. Быть спешл-гуестом в торте. И бутылку хорошего коньяка, как предоплата.
Бутылка была 0,7, поэтому я сразу согласился. Ну, не сразу, прям, она ж 0,7 всё-таки, плюс баня. Жара, парилка. Без воды, но надо иногда включать свои рецепторы мозга на недействительность. И париться в бане, и в стране, где то же самое. Но дело не в этом.
Привезли меня на коне, как был: с пулемётом, в патронтаже, без пиджака, трусов и майки. Запекли в торт с лимонами, ящиком коньяка, и бужениной. Кста, ваще не понимаю заедание коньяк лимонами. Извращенцы какие-то. Уснул там.
Из истории. Разбудить пьяного Говарда Уткина, равносильно – броситься с ножом на подходящую электричку.
Когда торт начали резать, он выскочил, как был. С пулемётом и без майки. С потолка посыпались шары и конфетти, разносимые в хлам, вместе с гостями, пулемётом Говарда Уткина.
— Рэмба, — прошептала, прижавшись к Юше, Сонечька.
— Он такой, — согласился жених.
— А почему он без трусов?
— Свобода мыслей.
— Он всех гостей убил.
— Свобода самовыражения.
— А почему мы живы?
— Мы же венценосные. – Поцеловал в уста СС Могилкин.
Эта свадьба отразилась во многих сказаниях позже. Но ни одного запротоколированного документа не нашлось, кроме как скальных надписей на старых плёнках ВХС.
Про количество новых УК статей не слышал? За покемонов, фейки и просто так? Люди по пятёрке получают ни за что. за спижженые 100 000 000 долларов из бюджета — условно, а за смайлик в интернете — 5 лет реальной зоны. Откула это у путена?
«Война не на жизнь, а на смерть богатым и прихлебателям, буржуазным интеллигентам… с ними надо расправляться, при малейшем нарушении… В одном месте посадят в тюрьму… В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами… В четвертом — расстреляют на месте… Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт…»
24 – 27 декабря 1917 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 200, 201, 204. — Из работы «Как организовать соревнование?»)
Сталин оторвался по полной. Чё за дешевый понт на крови? Мертвых не вернёшь, Но память народную о сгинувших в сталинских лагерях никуда не денешь. И сегодня путинский террор возобновляется. Есть огромная разница, какими выйдут люди после этого беспредела. И выживут ли в тюрьмах. Много позже подобные историки скажут, ну умерло 100 человек. А сколько искалеченных судеб и жизней, никто не учитывает. В РФ сегодня официально ГУЛАГи возрождать собираются. Ты чё, ебанулся?!!!
Мы там много дискутировали. Ты уже забыл. Я тоже. Но остаюсь при своём. Путен идёт твоим путём, (изв за тавт), совковым. Все – говно, я – дартаньян. К чему это привело, все видят. В Европе тоже так было в средневековье и раньше, пока не появились думающие правители. Смысл воевать с собственным народом, если он кормит? И народное общество подумало: нахуй нам кормить мудаков, если нам и без них пиздато. Нашли консенсус, контангес, синус, косинус и придумали логарифмическую линейку. Что поставило правителя в не совсем ловкое положение. Моб – умнее. У них – вон чё, а у меня только шашки и нарды все срут по углам в замке. Ты бы как поступил, будь умным правителем? Дал бы денег, чтоб линейку в ЭВМ превратили, пусть и деревянную, или сжёг бы всех нахуй?
Пицот миллиардов лет спустя после взрыва Солнца и благотворного скончания галактики Млечный путь.
Планета НЕБЕЗПУЯ. Ужинает простая семья шахтёров. Вкатывается 100-летний карапуз:
— Мама, папа, смотрите какую я залепу нашёл!!!
Папа бьёт щупальцей по сыну. Щупальцы прилипают к колобку, он вырывается, отпрыгивает, и, прыгая, скрывается в пространстве. Что-то падает на пол.
— Ещё один. – Горестно запихивает в себя что-то мамаша.
— Ещё нарожаешь. – Тянется к ней под столом другими щупальцами папаша.
— Я уже не успеваю. Ты меня только насилуешь, а детьми в пинг-понг и в гольф играешь. Когда себе танчики на сферу установишь? Заебал уже.
И ушла смотреть на закат 12-ти планет. Миллион круглых детей за столом посмотрели на папу.
— Чё вылупились?! – Рявкнул он. – Жрать и смотреть «Спокойной ночи, малыши».
А сам поднял нечто с пола.
— Интернет. – Прочитал он на боку. – Интересно.
И начал воспроизводить внутренности в реальность. Сначала ничего интересного, а потом пошли тексты совсем запредельных персонажей, как Садко и Робин Гуда. И валькирии Скульд.
Ещё потыкав в пространство, нашёл их определение – субстанции. На этом интерес его иссяк, и он бросил интернет в конвектор.
— Какую же хуйню они писали.
Прошел в гостиную, где вылупив свои глазёнки, одноглазые мальки, с открытыми ушами слушали, как дядя Вова Владимирович рассказывал им сказки на ночь.
)))
— … А после войны я сразу устроилась в крымский литературный кружок наливать в чернильницы чернила и затачивать куриные и голубиные перья. Наливать получалось лучше, поэтому меня часто оставляли после работы разливать на междусобойчиках. Учитывая, что все члены литсообщества были алкоголиками и девицами с низкой социальной ответственностью, — я на работе жила. Там прижила детей, мужа и цирроз головного мозга. Цирроз печени у меня врожденный. После этого начала писать складные предложения столбиком и не очень, через точку. ВО — ПРОЗУ! Вспомнила.
На одной из попоек с СП Крыма, случайно выкрала у его председателя печать и корочки удостоверения. К утру я уже числилась членом Союза писателей Крыма. Правда об этом никто не знал, но я пихаю это почетное звание, куда только можно и нельзя. И прилагаю фото юбилейного значка «Четыре года Киеву» на своей груди, рядом с «Ну, Погоди» и Гагариным. И тут, как говорится — «Попёрло!» Меня с почестями приняли на сайт стихи.ру и домстихов. Так началось моё творческое восхождение на Олимп. Со своими прзвдениями я была частой гостьей в колхозах и совхозах СССР, Украины и России. Я декларировала свои буквосочетания дояркам и свинаркам со сцен таких клубов, которые и не снились евреям. Могилкину и Уткину в частности. Мне стоя рукоплескали пьяные пастухи и механизаторы, которые кроме частушек про топор у села Кукуева, ничего умного сочинить не могли. Я уезжала из глубинки вся обвешанная вязанками баранок и с говяжей ногой подмышкой. Мои стихи печатали в газетах и журналах: «Свиноводство», «Сельская явь», «Гудок свистка», «Доярка» и на последней страницы комикса «Как своими руками собрать самогонный аппарат из комбайна и к утру обратно».
Всё закончилось в один момент, когда СССР распался и Крым отжали в пользу России. С ними развалились колхозы и совхозы, основная моя аудитория. Я бежала в Константинополь заново перекреститься, спасла вора, написала для него панегирик, а евреи Уткин и Могилкин все обосрали. Особенно Уткин. Вообще растоптали моё величие.
Старушка расплакалась, но прибывшие санитары уже выводили её в смирительной рубашке к машине.
)))))))
«Юша прибыл быстро. За микросекунду. По дороге заехал к навестившей его сестре». В памяти, из другой жизни, всплыла поездка в Казахстан. Выехали тогда в 6 машин, вкл казахов из Алматы, и ГУт был ведомым. Но до границы добрались лишь две. Остальные, то за сестрами свернули, то на заправку. Минус казахи на джипе. Потом не встретились».
— Слышь? – Вылез Говард из люка. – А с чего ты взял, что пуи соберутся именно в транс-экспрессе?
— На вокзале сказали. – Стрелял Могилкин по пролетающим тарелкам.
— На каком вокзале?
— На трансэкспрессионом.
— Ничё не понимаю. Когда я улетел в солярий, на Земле одни диплодоки бродили, немцы, Александр Ярославович и злые дети. Статуи женщин с веслом и Рерих с Блаватской шамбалу искали. Парикмахера ты ещё выпустил.
— Отстаёшь от жизни. – Бросил пулемёт Могилкин. В каюте также выпил, закусил, и снова выпил. – Мы сейчас приближаемся к точке «ИКС» и времени «Ч», где перепрыгнем в экспресс, и завершим мой просчёт.
— Я чё думаю, — разумеется, тоже выпил Уткин. А как быть трезвым в космосе? Холодно, бля, в одной майке. – Нахуя нам ждать время «Ч» и лететь на Плутон? Мы в пути настигнем одну из субстанций пуя, или две, уничтожим, и целое не сложится.
— Как мне это на Земле не пришло в голову? – Застучал по лбу Юша. – Я бы мог и на Земле предотвратить катастрофу.
— На, выпей, — наполнил стакан водкой Говард, и придвинул к товарищу.
Могилкин выпил не задумываясь. Алкоголик, хукли. Вылез наружу и начал пиздошить всё пролетающее мимо из пушки. Пока не кончились снаряды. Достал пистолет. Тоже все запасы расстрелял.
— У тебя есть ещё чё? – Спустился вниз.
Говард налил ещё стакан водки:
— Замёрз, наверное, в космосе?
— Нет, но выпью. – Махнул Могилкин ёмкость. Закурил папиросу и сложил ноги на стол. – Всё, пиздетц пуевым малькам.
— Уверен?
— Сомневаешься?
— Сомневаюсь. – Сбросил его ноги Уткин. – Пуй не однороден. Уничтожать надо в корень.
— Лететь на Плутон? – Утомился Юша.
— Лететь на Плутон. – Поглядел в глаза Могилкина Уткин.
))))))
)))))
— Тот, кто купит здеся пачку, тот получит …
— Водокачку. – Ответил Адонаевич известной фразой из к/ф.
— 100 рублей. – Сказал продавец, тот самый бомж-олигарх.
— Слышь, животное, — вытащил его наружу за сальный волосы Могилкин. – Тебе этот завод дарован свыше, а ты мне про какие-то 100 рублей блеешь. Фамилия?
— Рерих.
— Еврей?
— Сам ты еврей! – Залез обратно в будку олигарх и безвозмездно выдал пачку Беломора.
— Еврей, еврей!!! – Заголосила какая-то бабка вдалеке. – И друг его, Уткин, тоже еврей.
— Харина?! – Обернулся Юша. – Тебе всё неймется? Дети, фас!!!
Дети самые жестокие люди в мире, если кто не знал. Они ещё не совсем понимают, что такое хорошо и не очень. Поэтому, перемазанная шоколадом и мороженным, вся свора накинулась на не свежую (нещасную) Харину и обоссали её с ног до головы переработанным «Дюшесом». Бабка долго отбивалась от солёной газировки, но победила молодость, и она сдохла.
— Спасибо, ребятишки, — поблагодарил их Юша и принялся думать, что делать дальше и где искать пуя.
В это время, ГУт вялился в бункерном солярии на Луне в окружении нимф, сирен, русалок и пивных бутылок. Загорал.
— А не искупаться ли нам в проруби?! – Вдруг его пробило на экстрим.
— Да, да, да!!! – Заголосили сладко сирены и зазвенели бутылки.
Говард резво выскочил из солярия и улетел в небо. Притяжение отсутствовало. Даже 5 тонн пива внутри не спасло. Только пиво, побрякивая, с наслаждением легло в прорубь остывать.
Но вскоре ГУт вернулся обратно, весь продрогший, зуб на зуб не попадающий. Улетел-то голым.
— Пивка? – Спросила одна тупая неяда.
— Водки!!! Штоф!!! – Трясся Уткин. – И одеяло шерстяное.
Выпив водки, он развернул принесенное одеяло и ужаснулся. Прямо по центру зияла огромная дыра.
— Это что? – Одел он одеяло, как панчо, и показался кастелянше.
— Ой, извините! – Запричитала та, ничего не понимая. – Моль, наверное, завелась.
— Какая в жопу на Луне моль, да ещё в бункере?!
Пожилая лунатка не знала, что сказать, лишь развела руками:
— Бункерная моль, думаю.
— Бункерная моль, говоришь? – Вдруг задумался Говард. – У вас тут есть связь с Землёй?
— Да, конечно, — принесла тётка огромный дисковый телефон.
— Набирай. Я не знаю, как им пользоваться. – ГУт продиктовал номер.
— Слушаю вас, Говард Фридрихэнгельсович, — послышался в трубке знакомый голос.
— Ты где?
— Там же, где мы и расстались. – Это был Юша Могилкин.
— Ноги в руки, и давай на Луну. Кажется я вычислил пуя.
— Пиво брать?
— Нет. Давай быстрей!
Взяв ноги в руки, Юша громко пукнул, подняв пыль на пустыре, и был таков.
— Нихуя себе! – Смотрели дети в небо.
)))))))
А выла в ночи на луну,
Что выгнали гады из люльки,
Ногами избив по еблу.
И даже Чапаев Василий,
На помощь к нему не пришел,
Хотя шел с Могилкиным мимо,
И песни маряцкие пел.
Поймав пробегавшую крысу,
И голову ей откусив,
Пил кровь оголтело и долго,
Кабутто бы аперитив.
Как вдруг появилась большая,
Чем пуй, матка-крыса и всё.
Мгновенно его проглотила,
А после в углу насрала.
)))))
— Не поеду я в Антарктиду. Она у меня, после Болта, вот здесь. (показывает на горло). Поеду-ка я в солярий Тарковского.
— На Солярис?
— На Луну. Недавно открылся. Там не надо тупо лежать в саркофаге, можно всё, типо, каг на море.
— Ты тока санапы вернулся! – Удивился Могилкин.
— Бля, я там за две недели 5 раз на море был.
— Бухал?
— Нет. Неахота было идти, когда за углом бассейн.
— А далеко идти?
— Метров 30.
— Да вы, эстет, батюшка.
— Эпикуреец, йоптыть. Тем более, мне не совсем ясна была временная структура местного континуума.
— Я ведь мог нырнуть ванапе, а вынырнуть в 19 веке.
— Тебя это смущает? – Не понял Юша.
— Нет. Но я там жил уже. Не хочу в прошлое.
— Мужики, — прервал их спич уже пьяный бич-формовщик, — а закурить у вас не будет?
— Кури! – Говард Уткин построил рядом с пивзаводом фабрику им. Урицкого, из труб которого сразу пошел дым.
— Вы настоящие! – Восхищенно произнес бомж-олигарх.
— Можешь потрогать. – Хохотнул Могилкин.
— Слышь, чмо, — подтянул того за рукав Уткин. – А ты на выборы ходил?
— Обязательно, — согласился мужик. – За Ельцина голосовал, за вашего путена потом всё время. Медведев лупоголовый какой-то. Курить везде запретил. Цены поднял на водку.
— Иди, бедолага. – Отпустил рукав Уткин. – Ты слышал? Наш путен. – Посмотрел он в глаза Адонаевича. – Он, (показал большим пальцем за спину на убегающего олигарха), голосовал за пуя, а наш пуй всё уничтожил.
— Чё ты предлагаешь, — взорвался Могилкин, — мне снять штаны и насрать себе на голову?!!!
— Было бы забавно, — щелкнул Уткин пальцами и появился батут, к которому мгновенно стеклась местная детвора с воплями: «Луна-парк приехал!!!»
— Я пошутил. Ищи малька. А я в солярий.
Говард Уткин достал из портсигара паровоз Пойндекстера,
Облачился в скафандр.
И улетел загорать на Луну. Ахуевшие дети перестали прыгать на батуте.
Юша, как мог, принялся успокаивать ребятишек:
— Только, не надо путать Тёмного Господа с Сатаной и Ильда-Баофом, это разные Божественные Сущности и у них разные запрограммированные задачи и цели в Матрице Творения. Ибо ошибка в понимании и классификации множества Богов, ведёт к неизбежному попаданию в Колесо Самсары (Иллюзии) или Колесо перерождений, реинкарнаций.
Все дети заплакали и убежали.
))))))
Шутка, конечно. И печалька. Как улететь в космос в ракете без окон. ))) Я редко бываю на Земле.
Он ещё мне должен был передать древнюю уже, но восстановленную, скандинавскую разделочную доску из дуба для местного краеведческого музея. Вирус прервал общение.
/////
1. Правда. (кто, где, зачем и почему?)
2. и Доколе? (это о вакцинациях. Изобретатели должны иметь и противовирус, раз понимают его происхождение).
Опять «триста семей» или СПИД не всё выкосил? А наркомания и алкоголизм?
— Бля, точно. Как я сразу не допёр? – Почему-то сказал Могилкин.
— Да потому-что ты всех пиздошишь сразу вёслами, не разбираясь кого и за что.
— Что выдали на складе, тем и пиздошу, — принял Юша позу статуи.
— Я б те вдул! – Уссался Говард. ))))
— Я бы тоже, — посмотрел на эту картинку Юша. – Лучше, чем заниматься акротомофилией с Милосской.
— Чё будем делать?
Вместо ответа, Юша дернул стоп-кран, и состав остановился в чистой прерии. Они спрыгнули на песок, а поезд укатил дальше.
— И? – Не до конца понял манёвр товарища Говард Уткин.
— Ссать хочу! – Многозначительно произнёс Могилкин и побежал за ближайший, единственный бархан в пустыне. Говард же расправил поля буденовки до полей сомбреро. Солнце пекло нещадно.
— Смотри! Прикольно! – Прибежал Могилкин, потряхивая оголенным концом себя.
— Фу-у, извращенец, — отвернулся Уткин.
— Чёй-та сразу извращенец? Это не на Мерседесы ссать в Анальном переулке! – Вспомнил он дела минувших дней.
— То, постановочное фото было.
— А здесь — нет. Здесь – реальность. Я ссу на бархан, а он уходит от меня. Догоняю, пристраиваюсь, он опять уходит в сторону.
— Обычное дело, — пожал плечом Уткин. – Блуждающий бархан. Природоведение, 4 класс.
— Необычное. – Застегнулся Юша. – Я ещё их не создал. Это пресс-секретарь пуя – Песков.
— А нам он, каким боком?
— Смотри, — уселся рядом стратег. – Мы будем ссать на него со всех сторон, он будет от нас убегать, и, в конце концов, приведет к пую.
— С чего вдруг? Он всегда юлит, отводя от босса молнии. И где мы столько пива возьмём, что бы выжить в этом пекле и доссать его до железобетонного комбината?
— Пивзавод построим.
— Из чего? Из песка? – ГУт зачерпнул и пустил его меж пальцев.
— Я не понял пессимизма, — заслонил Могилкин солнце. – У тебя инопланетяне изо льда строят атомные реакторы, а мы не сможем из песка создать пивзавод?
— Так то – инопланетяне, а мы простые боги. Создадим. Но я не инопланетянин, я уже хуй куда пойду дальше, пока песок для пива не закончится.
))))
ПС. В итоге они нашли тот самый ЖБК, куда устроился князь Генри Пойндекстер, имхо пуй, но в России.
— Что случилось с заводом? – Нашли подельники какого-то бродягу, складывающего в тележку обрезки металла.
— Закурить есть? – Уселся важно тот.
— Кури. – Протянули пачку.
— Я 40 лет проработал на заводе формовщиком. Мы город построили. – Начал бич.
— Короче!!!
— Какие-то Говард Уткин и Юша Могилкин прислали нам нового начальника.
— Что значит «какие-то»?! – Схватил его за шиворот Могилкин.
— Откуда я знаю? – Бомж выпал из телогрейки, и отошел на безопасное расстояние. – Он сказал: «Его электорат выбрал». И назвал эти фамилии.
— Ты хоть знаешь, что такое «электорат»? – Бросил ему телогрейку Юша.
— Спасибо, — поймал одёжку бомж. – Электорат, это, думаю, ведомство главного энергетика. Я, просто бетон заливал в формы.
— Начальник где? – Всё понял Уткин.
— Пути господни неисповедимы …, — развёл руками бедолага, почему-то глядя на Могилкина.
)))))))
www.youtube.com/watch?v=RRogd-JHGr8
Вся Африка зашлась в диком экстазе, а Говард поспешил за Юшей на противоположный континент – Америку.
В Америке всё было кака бычно. Ковбои, джинсы, жувачка и сока-кола в ларьках. Иногда проносились поезда и индейцы, бизоны и стервятники.
— И чё мы сюда приехали? – ГУт вытер пот под буденовкой.
— Сам как думаешь?
— Я сюда не думать приехал, а действовать. – Говард вынул шашку из ножен и, с громким щелчком, вогнал обратно. – У меня там музыка вафреке не доиграна.
— Так сказал, будто утюг не выключил. – Улыбнулся Юша.
— Бля! Я и утюг не выключил!!!
— Где?
— В караганде, йопт. Чё ржёшь? Там на облаке. «Поехали, посмотрим, какую я плоскую землю создал». — Передразнил Говард другова бога. – Посмотрел.
— А чё ты так переживаешь? Ну, прогорит облако, упадёт твой утюг в какой-нибудь пустыне. Я ж ещё не всё тут создал.
В это время, вдалеке, со свистом, пролетел метеорит, и йобнулся где-то на другом конце континента.
— Вот и твой утюг нашелся. Какой он фирмы был?
— «Мехико».
— Будет Мексиканским заливом. – Достал Юша карту и обвёл нужную область красным фломастером.
— А чё мы тут ваще делаем? – Уткину не терпелось в бой.
— Малька пуя ищем. Нам сейчас до станции, а там до Колорадо.
Но, когда ГУт и ЮМ добрались на попутках до ближайшего полустанка, поезд, моргнув задними красными фонарями, уплыл вдаль. На крыше последнего вагона сидели – дейнозух Гена и примат Чебурашка. Один играл на гармошке, другой шевелил ушами в такт стыков рельс.
— Когда следующий? – Спросил Могилкин в кассе.
— Через месяц.
Юша быстро расчехлил походную, ещё с БАМа, гитару с губной гармошкой сверху, и запел на свой манер, услышанную мельком вафрике, древнюю британскую балладу:
www.youtube.com/watch?v=iAwG6ZDo0wI
Через полчаса, мигая белым светом заднего хода, поезд вернулся на станцию.
))))))
Однажды, гоняясь на прирученном смилодоне по пампасам за мухами цц и отстреливая попутно гиен и коммунистов-нгбанди, он встретил странного мужичка на лыжах, в ватнике и с автоматом ППШ на груди.
— Сусанин? – Сразу узнал он его по зипуну и бороде.
— Хуй там! Ковпак! – Гордо ответил старый партизан.
— Фашисты есть в Африке? – Спросил Юша.
— Сам ищу. – Сказал старик, развернулся, и ушёл по песку в заросли.
— Вот и поговорили. — Могилкин вынул из наплечной кобуры канистру с пивом, долго, с придыхом, пил, потом поскакал дальше.
Через несколько дней пути вдалеке разглядел 8-метровый «Daewoo Matiz» F-класса.
— Говард! – Прошептал он, пришпорив смилодона.
Говард ходил в матросском костюмчике африканского плантатора с пулеметом Льюиса, как у товарища Сухова, на плече. На пробковом шлеме развевались две ленточки с якорями, а на тулье кровью было написано: «АВРОРА!» С восклицательным знаком. Перед ним до горизонта были выстроены по росту все пигмеи континента.
— Привет!
— Привет!
— Что за парад? – Закурил Юм Адонаевич, когда друзья выпили, закусили, снова выпили, и снова закусили.
— Ксилофон хочу сделать.
— Каким образом?
— Вот смотри, — встал Уткин и, невесть откуда взявшимися войлочными колотушками, начал стучать по головам пигмеев. – Слышишь обертона?
— Нет.
— А я – ДА.
— И?
— Хочу «Картинки с выставки» Мусоргского запиздошить.
Юша долго ржал, валяясь, но всё же спросил, вытирая слёзы:
— Нахуя?
— Просто хочу и всё. Для этого чё, особый повод нужен? Классика, йоптыть.
— А если некоторые головы одинаково звучать будут?
— Трепанировать придётся.
— А как ты один будешь молотить по всем башкам одновременно?
— Почему один? Уже дали согласие – Костакис, Джордисон, Ломбардо, Ульрих, Пейс, Ли, Баркер, Бозио, Портной, Лонгобарди … Это же будет произведение века!!! И мне забава, пока ты гадов истребляешь.
— Блин, — выколупал из зубов мидию в ракушке Юша, сплюнув на песок. – У меня рук не хватает, а ты тут хуйнёй занимаешься.
— Отрасти ещё. – Посоветовал Уткин.
— Придётся. – Допил всё Юша Могилкин, включая воду из колодца, и отправился дальше истреблять зло.
Так появился бох Шива.
))))))
Вместе со мной тогда, из соседнего торта вылез чувак похожий на писателя Прилепина после возвращения из ДНР, который исполнил песню на иностранном языке с акцентом, играя на гитаре. Но тоже был убит рикошетом. Зря в ДНР ездил, мог бы сразу на свадьбу прийти.
Сижу щас в коньячной на ТРИтыщи245-й в тракторе без кондиционера, дует вентилятор. Коньяк бесплатно наливают только вновь прибывшим. По 8.50 за бутылку. Приходится заходить вновь и вновь. Вроде примелькался, но отмазываюсь, что это клоны. Пока верят. Или боятся, что сожгу. Я же не один захожу, а с огнемётом, который спиздил на вражеской планете, где коньк отсутствует, а только пиво.
Наверное, задержусь здесь. Солярки лететь дальше — нет. Щёлкнуть пальцами, чтоб появилась, не могу. Они в оружейной смазке. Коньяк не просто так даётся. А трактор бросить жалко. Там пингвины в кузове. Погибнут. Интернета тоже нет. Совок, йоптыть.
Щастья вам в семейной жизни!!!
))))
— Оставь, — перелистал список ЮМ. — Это казахская валькирия Скульд. Сама потом припрецо.
— А та, самая мерзкая? – Огорчился Говард, так нелепо просохатив хищника.
— Патаму-што сачком надо, — пробубнил кто-то сзади.
Небожители обернулись, там стоял дорогой Л.И.Брежнев (актер В.А. Магдьяш) с сачком и варанжевом мундире-комбинезоне, увешанном орденами, медалями, значками «Олимпиада-80» и «Ну, погоди!».
— Лови, чё встал? — Кивнул Могилкин.
Дорогой Ильич, зачерпнув сачком всё, протянул богам и повесил себе на грудь ещё одну Звезду Героя. 21-ю пощёту.
Адонаевич принялся разбирать улов, сопоставляя со списком, и раскидывая в разные стороны:
— Птеродактили, секвойи, зулусы, амёбы, гамадрилы, Сечин, черви, воробьи, карпы, Чинганчнук, Тутанхамон, споры, акации, собаки, воблы, вепри, Иисус Христос…
— Стоп! – Остановил его Говард. – Его же не было.
— Не было. Пошутил. – Показал пустую длань Юша и продолжил: – Стрекоза, баобаб, тиранозаурус рекс, стерлядь, папоротник, Луи де Фюнес, акулы, рожь, жуки-короеды, Александр Невский …
— О! – Заржал ГУт. – У меня тут диалог с супружницей произошёл …
— Ты же бох!!! – До пупа втянулась борода у Могилкина. – Какая супружница?
— А ты думаешь, как боги создавали своих детей?
— Как свет включали, щелчком пальцев.
— Я о будущем.
— М-м. И …
— Делаю запрос, а там надо указать, где околачивался в быту. Приходит ответ. Жена читает, и фшоке спрашивает: — А чё ты в Новгородской области делал?
— Воевал, — отвечаю.
– С кем? —
– С Александром Ярославовичем.
– Это кто?
– Александр Невский, йоптыть! – теряю терпение. До — «на чей стороне» дело не дошло. ))))
— А на чей? – Хитро улыбнулся Юша.
— Ищи животное.
— Да тут одни коммунисты пошли, — нахмурился Могилкин. – Ещё жизнь на Земле не зародилась, а они все на броневиках … ОЙ, бля!!! – Брезгливо замах он рукой, откинув малька в сторону.
— Гитлер? – С надеждой спросил Говард.
— Хуже …
Но горы уже выросли, а склоны зацвели и покрылись буддийскими пагодами …
www.youtube.com/watch?v=zF7Mnei_B5s
Юша Могилкин отмотал папирус взад, прочитав заголовок:
— Да, согласен, не тот схватил в запарке.
))))))
Я тогда только что вернулся с границы Таджикистана и Афганистана. Снял трусы, пиджак и майку, пошёл в баню мыцца. Больше негде было. Воду отключили, колодцы мусором закидали. Мне ещё банщег сказал: «Ты хоть патронтаж сними и пулемёт оставь в раздевалке». Не послушался я его, и правильно. Парит он меня веником на сухую, воды-то нет, а тут всадник в баню въезжает. В будёновке застряли стрелы (флюгер, имхо). Конь худой, сел за стол, есть салат и ветчину. Всадник, спешившись, протянул приглашение на свадьбу. Быть спешл-гуестом в торте. И бутылку хорошего коньяка, как предоплата.
Бутылка была 0,7, поэтому я сразу согласился. Ну, не сразу, прям, она ж 0,7 всё-таки, плюс баня. Жара, парилка. Без воды, но надо иногда включать свои рецепторы мозга на недействительность. И париться в бане, и в стране, где то же самое. Но дело не в этом.
Привезли меня на коне, как был: с пулемётом, в патронтаже, без пиджака, трусов и майки. Запекли в торт с лимонами, ящиком коньяка, и бужениной. Кста, ваще не понимаю заедание коньяк лимонами. Извращенцы какие-то. Уснул там.
Из истории. Разбудить пьяного Говарда Уткина, равносильно – броситься с ножом на подходящую электричку.
Когда торт начали резать, он выскочил, как был. С пулемётом и без майки. С потолка посыпались шары и конфетти, разносимые в хлам, вместе с гостями, пулемётом Говарда Уткина.
— Рэмба, — прошептала, прижавшись к Юше, Сонечька.
— Он такой, — согласился жених.
— А почему он без трусов?
— Свобода мыслей.
— Он всех гостей убил.
— Свобода самовыражения.
— А почему мы живы?
— Мы же венценосные. – Поцеловал в уста СС Могилкин.
Эта свадьба отразилась во многих сказаниях позже. Но ни одного запротоколированного документа не нашлось, кроме как скальных надписей на старых плёнках ВХС.
)))))
«Война не на жизнь, а на смерть богатым и прихлебателям, буржуазным интеллигентам… с ними надо расправляться, при малейшем нарушении… В одном месте посадят в тюрьму… В другом — поставят их чистить сортиры. В третьем — снабдят их, по отбытии карцера, желтыми билетами… В четвертом — расстреляют на месте… Чем разнообразнее, тем лучше, тем богаче будет общий опыт…»
24 – 27 декабря 1917 г. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 200, 201, 204. — Из работы «Как организовать соревнование?»)
Сталин оторвался по полной. Чё за дешевый понт на крови? Мертвых не вернёшь, Но память народную о сгинувших в сталинских лагерях никуда не денешь. И сегодня путинский террор возобновляется. Есть огромная разница, какими выйдут люди после этого беспредела. И выживут ли в тюрьмах. Много позже подобные историки скажут, ну умерло 100 человек. А сколько искалеченных судеб и жизней, никто не учитывает. В РФ сегодня официально ГУЛАГи возрождать собираются. Ты чё, ебанулся?!!!
Главное – шашки, рапиры, рыцари, аркебузы и другие подводные лодки. Это я обобщённо. )))
У меня здесь есть трактат, как историки коверкую историю. domstihov.org/theloveofwisdom/2016/07/11/istoriyu-mira-iskoverkali-istoriki.html
Мы там много дискутировали. Ты уже забыл. Я тоже. Но остаюсь при своём. Путен идёт твоим путём, (изв за тавт), совковым. Все – говно, я – дартаньян. К чему это привело, все видят. В Европе тоже так было в средневековье и раньше, пока не появились думающие правители. Смысл воевать с собственным народом, если он кормит? И народное общество подумало: нахуй нам кормить мудаков, если нам и без них пиздато. Нашли консенсус, контангес, синус, косинус и придумали логарифмическую линейку. Что поставило правителя в не совсем ловкое положение. Моб – умнее. У них – вон чё, а у меня только шашки и
нардывсе срут по углам в замке. Ты бы как поступил, будь умным правителем? Дал бы денег, чтоб линейку в ЭВМ превратили, пусть и деревянную, или сжёг бы всех нахуй?)))
Планета НЕБЕЗПУЯ. Ужинает простая семья шахтёров. Вкатывается 100-летний карапуз:
— Мама, папа, смотрите какую я залепу нашёл!!!
Папа бьёт щупальцей по сыну. Щупальцы прилипают к колобку, он вырывается, отпрыгивает, и, прыгая, скрывается в пространстве. Что-то падает на пол.
— Ещё один. – Горестно запихивает в себя что-то мамаша.
— Ещё нарожаешь. – Тянется к ней под столом другими щупальцами папаша.
— Я уже не успеваю. Ты меня только насилуешь, а детьми в пинг-понг и в гольф играешь. Когда себе танчики на сферу установишь? Заебал уже.
И ушла смотреть на закат 12-ти планет. Миллион круглых детей за столом посмотрели на папу.
— Чё вылупились?! – Рявкнул он. – Жрать и смотреть «Спокойной ночи, малыши».
А сам поднял нечто с пола.
— Интернет. – Прочитал он на боку. – Интересно.
И начал воспроизводить внутренности в реальность. Сначала ничего интересного, а потом пошли тексты совсем запредельных персонажей, как Садко и Робин Гуда. И валькирии Скульд.
Ещё потыкав в пространство, нашёл их определение – субстанции. На этом интерес его иссяк, и он бросил интернет в конвектор.
— Какую же хуйню они писали.
Прошел в гостиную, где вылупив свои глазёнки, одноглазые мальки, с открытыми ушами слушали, как дядя Вова Владимирович рассказывал им сказки на ночь.
))))