Андрей, пародия была бы более изящна без описываний и обкакиваний!
Параллель Гришки с Сашкой просматривается, это смешно, а испражнения — ни к селу, ни к городу!))
Вообще-то этот стих Номерного не так плох…
А сегодня Павлов обиделся на тебя: «И Вам, Наташа, огромное спасибо за понимание и поддержку! А теперь самое смешное. Мне рассказали, что один из таких подонков считает, что я, Вы, Аля Алова, Андрей Валов и Юрий Тютюников – клоны одного лица. Это надо же до такого бреда… допиться?»
Владимир Павлов 8 24.10.2020 22:09
Видимо, ему понравилось, когда тебя, относящегося к алкоголю с отвращением, его друг Туганов назвал «алкашом». Зачем повторять чужие враки, своих мало?!
Мда… Кто их всех разберёт и особенно интересен этот шрам в виде запятой! Вот бы на фотку взглянуть, запятую установить! Но только не на фотошоп, это неинтересно))
Кстати, он может быть и не лысый, а вполне себе с львиной седой шевелюрой. Как-то вякнул с одной из страниц: «Павлов работает!»))) Это когда про того ещё Павлова, который опыты на собачках ставил...☺
Ой, что вспомнил, Андрей!))
Там жутко запутанная история. Где-то Павлов писал примерно так. Якобы завёл страницы Евграшев, но передал ноутбук какому-то журналисту, чтоб тот писал стихи и о нём самом и об обоих отцах — Евграшева и «Павлова». По-видимому, нонешний Павлов и есть этот Вилохватов. Значит, отец Евграшева — тот, которого мы раскопали Евграшев Павел и который действительно воевал на Ленинградском фронте, а страницу ведёт «Павлов», который сын Константина Вилохватова. То есть ДВА В ОДНОМ!!! Зачем они это сделали — ума не приложу! Казалось бы, проще завести отдельные страницы)))☺
Но стихи-то есть?!))) Есть! Просто сатиры получается больше, чем любовной лирики. На Стихах и Прозе нельзя говорить о политике, нельзя никого критиковать, а тут — пожалуйста!)))
Полярный странник! Тётя Валя Вас снова дурит!)) Юша — основатель и владелец этого сайта и это — правда чистейшая!))А с матами она и не борется вовсе, потому что её вторая сторона — Софья Сладенько — им пользуется на всю катушку!)) Её останавливают, просят, даже друзья, изменить текст и написать без мата, а она его только смягчает. Вот так вот!)))
Андрей вернулся!!! Уряаааа!!!☺
И как тут было скучно без твоих хохм!!! Но видимо, Олень испугался твоего возвращения и закрыл свою страницу. Правда, думаю, что как всегда, ненадолго))
Вот как только Номерного шатает от птичек до целого Льва Толстого? Уметь надо при этом не упасть...☺
Ага!)) Но кое-что можно и сегодня! Это пример того, как надо писать биографии своих и чужих людей, тоже мемуары:
Мои всречи с Юшей Могилкиным
Ермилов Сергей
МОИ ВСРЕЧИ С ЮШЕЙ МОГИЛКИНЫМ.
Некоторое время тому обратно я зарегистрировался на сайте СТИХИ.РУ. И, бродя по его многочисленным страницам, с радостным удивлением обнаружил своего давнего знакомого и, не побоюсь обвинения в амикошонстве, старинного друга Юшу Могилкина. Его врождённая скромность с одной стороны, и безудержная фантазия с другой привели как к замалчиванию, так и к искажению фактов биографии этой замечательной личности. А ведь это человек сложной и интересной судьбы. Мог бы послужить примером современной молодёжи. Биография его должна быть доведена до сведения неблагодарной общественности в назидание народам древности.
Я познакомился с Юшей Могилкиным в прошлом веке в годы мрачной советской власти и нашей весёлой молодости. Произошло это знаменательное и, я бы сказал, поворотное в моей судьбе событие во время нашего пребывания в археологической экспедиции Казахского отделения Академии Наук СССР Алма-Атинского госуниверситета. Я числился там на должности погонщика верблюдов, а Юша являлся комсоргом экспедиции. Настоящее имя Юши – Семён Миронович Уточкин. По матери – Вапштейн, а по национальности, кажется, аргентинец. Этим именем я и буду называть его в дальнейшем. Был он в то время высокий, почти двухметрового роста, широкоплечий голубоглазый красавец-блондин. Активный комсомолец, действующий разносторонний спортсмен, человек с твердой жизненной позицией. Несмотря на такое обилие положительных качеств, был Сеня крайне скромен и дружбы своей никому не навязывал. Но, когда однажды вечером в зарослях саксаула меня ужалила гюрза, именно Сеня сказал мне:
— Да плюнь ты. Пошли лучше выпьем. – Так мы и сделали, что, как впоследствии оказалось, спасло мою молодую тогда жизнь.
Наша экспедиция моталась по раскаленным пескам Каракумов в поисках могилы триста сорок девятой жены Чингиз-хана, и неоднократно, сидя жаркими вечерами под брезентовым навесом вели мы с Сеней задушевные беседы и пили из пиал нагревшийся за день спирт. Именно тогда зародилась во мне любовь к Северу, а у Сени – к пиву. Во время этих бесед Сеня и уговорил меня отказаться от карьеры в области прикладной верблюдологии и ступить на скользкую стезю получения высшего образования.
По окончании работы экспедиции на заработанные честным погоном верблюдов деньги я приобрёл на Алма-Атинском базаре все необходимые для поступления в университет документы: аттестат об окончание средней школы, справку о том, что я не верблюд и проездной билет на троллейбус четвёртого маршрута. После чего я благополучно провалил вступительные экзамены и по специальной квоте для погонщиков верблюдов был зачислен студентом первого курса на кафедру прикладной трасологии и водолазного дела факультета дальней магнитной разведки Казахского Государственного Университета. Сыграли здесь свою роль и имевшиеся у меня в тот момент правительственные награды: медали «За оборону Рязани», «За взятие Бастилии» а также орден «Сломанный бивень» Народной Республики Конго, добытый при выполнении интернационального долга в джунглях Африки.
Сеня учился тогда на том же факультете, но на кафедре пингвинологии и тяжёлой металлургии двумя курсами старше. Находясь в перманентном академическом отпуске, Сеня много внимания уделял воспитательной работе среди младших товарищей, а для меня являлся буквально наперсником в студенческой жизни. Ведь именно игра в напёрстки на Ама-Атинском базаре давала нам тогда средства к существованию, поскольку стипендии мы были лишены, как хронические хвостисты. Являясь разносторонним спортсменом, Сеня был неоднократным чемпионом университета по игре в нарды и подкидного дурака. А одно время входил даже в сборную Казахстана по игре в го. Но перед международным турниром в Токио на собеседовании в парткоме университета не смог выговорить имя Генерального Секретаря Компартии Монгольской Народной Республики, а также не смог перечислить поимённо советских космонавтов с девятого по четырнадцатого в порядке их запуска. В результате чего был отстранён от загранпоездки, а в составе университетской команды был делегирован в город Инту на открытый чемпионат Чукотки по борьбе нанайских мальчиков. Там Сеня также не ударил в грязь лицом и занял почётное второе место. Следуют отметить, что первое место в тот год не присуждалось из-за всечукотского траура, объявленного по случаю массового падежа северных оленей.
Жили мы тогда в университетском общежитии на углу проспекта Сейфулиной и улицы Мамедовой. О, эта величественная серая громада общежития, с фасада вызывавшая в памяти ранние картины Пикассо, а с торца напоминавшая малоизвестную картину Малевича «Серый квадрат». Сколько связано в моей памяти с этим зданием! Комната, где жил Сеня, постоянно служила центром культурной жизни для всех прогрессивно мыслящих студентов университета. Сколько бессонных ночей провели мы там за спорами и задушевными беседами. Если бы удалось сейчас обнаружить тексты доносов, которые наш непьющий сокурсник Курды Абым Кургунбаев писал по утрам в деканат и партком университета, я смог бы наконец узнать, о чём же мы тогда говорили.
А между тем над Сениной головой сгущались тучи. За недопонимание роли коммунистической партии в борьбе казахского народа с монголо-татарскими интервентами, а также за организацию в подвале общежития производства самогона из кумыса и айрана в промышленных масштабах, Сеня был сначала смещён с поста комсорга факультета, а затем исключён из рядов ВЛКСМ. После же появления в самиздате статьи «Роль казахского народа в борьбе с коммунистической партией во время великого освободительного похода монголо-татар на запад» Сеня был отчислен из университета. Статья была подписана Юша Саркофагов. Как видим, здесь Сеня впервые использует имя Юша. Тираж брошюры с Сениной статьёй разошёлся практически мгновенно, благо был в одном экземпляре. Если текст статьи у кого-либо сохранился, настоятельно прошу придать его широкой гласности. Вещь будет посильнее, чем «Фауст» Гёте.
После отчисления Сеня по купленной с рук комсомольской путевке уехал в зеброводческий совхоз при заповеднике Аскания-Нова, где и устроился на должность ветеринара-сантехника. Так жизнь развела нас и дальнейшая Сенина судьба известна мне лишь из отрывочных рассказов бывших сокурсников. Слышал, что военкомат отказался призывать Сеню Уточкина в ряды Советской Армии из-за досконального знания им древнегреческой мифологии и травмы мизинца левой ноги, полученной при работе с зебрами. Сопровождая делегацию республики Верхняя Вольта в Одессу, Сеня купил там, на Привозе диплом специалиста-пингвинолога. Видимо это явилось данью ностальгии по нашим студенческим годам. Я не знаю, какое высшее учебное заведение указано в приобретённом им дипломе, но ответственно заявляю, что из всех ВУЗов Советского Союза пингвинология преподавалась только Казахском Государственном Университете. Был ещё техникум пингвинологии и крабоведения в Челябинске, но, как понимаете, высшего образования он не давал.
Затем Сеня уехал то ли в Житомир, то ли в Крыжополь, где был усыновлён бездетной семьёй древнего рода Могилкиных. Там приложил он свой недюжинный интеллект и кипучею энергию в стезе практических пивознания и самогонологии. И стал широко известен именно как Юша Могилкин.
Я обращаюсь как к нашим бывшим сокурсникам по факультету дальней магнитной разведки, так и к людям, встречавшимся с Юшей Могилкиным при иных обстоятельствах. Биография этого замечательного человека достойна того, чтобы быть собранной по крохам и преданной широкой гласности. «Никто не забыт и ничто не забыто» — таков должен быть девиз настоящих рыцарей пера и клавиатуры, истинных адептов печатного слова и ненормативной лексики.
Уважаемые ведущие передачи с Земли Обетованной! Григория можно простить за слабость памяти, перепутал маленько по старости, которая почти в 72 года, авторов песен, слова и исполнителей. Но как понять этот пельмень на вилке вместо нормальной фотографии авторши? Про здоровых девиц говорят: «Кровь с молоком!» А тут что? Авторша думает, что это вареник с вишней… Я вас умоляю!))) Это недоваренный пельмень, оттого и менструирующий. Вот ежели сравнить эти два портрета, то как будто краски те же самые:
Ну, неужели Олечка представляет себя недоваренным пельменем?! Какой ужОс!
Уже слышу новую ругань госпожи Ненашевой:
«Не стыдно тебе, а? Вот так гнусно помело распускать?
Эх, ты...»
А вообще-то омерзительно задевать жизнь родителей и детей оппонентов. Драться можно, только тет-а-тет. А лгать зачем, что-то про себя придумывать, изворачиваться? Если б те 7 интереснейших (а я поверила рассказу!!!) частей мемуаров были написаны лет 10 назад, то никто бы не упрекнул во лжи да и вражды особой не было бы… Мы люди мирные, в основном!))
Мой сын тоже имеет двойное гражданство, любит Россию, но не РФ. На работе его ценят, потому что специалист в своём деле(недавно получил платиновый сертификат по авторемонту). У меня одна школьная подруга уехала во Францию, другая — в Канаду, третья — в Германию… Все устроены и живут хорошо! И уезжать обратно никто из них не хочет потому, что уровень жизни ТАМ гораздо выше. Первое время, до 2012 года, я их, как «квасной патриот» осуждала за «предательство Родины». Сейчас смешно самой! Это всё стереотипы, навязанные нам ещё той системой. Мир шире, чем мы думаем)) А сын сказал так: «Если жизнь в России улучшится, то я вернусь, а пока в ней хорошо живётся только ворам». А внука назвали Ванечкой не потому, чтоб память о России сохранить, а потому, что в честь деда. Да что эта Егоркина знает?)) Пусть лучше у Липеца спросит, почему он в Канаду махнул да тоже двойное гражданство имеет. Как-то прочла, что по той же причине — уровень жизни выше. А нас уже с Габоном сравнивают…
Юша, там Егоркина опять разбушевалась, лепит незнамо что! Но эту бесноватую никто пока по головке не погладил, читают молча и уходят. Одно название — шедевр: «Ну что, Хрюша, проблевался, поддамши? — прозаические миниатюры, 21.10.2020 05:43»
АВВА — тоже хорошая шутка!)) И с чего Юша взял, что такой способ рифмовки ушёл в небытиё? Да сколько угодно!!!
А мне АВВА больше запомнились по песне про «Мани»))
Полярный странник! Не воспринимайте всё буквально! И Юша и Тётя Валя ШУТЯТ!)) Юша шутливо уже установил себе памятник нерукотворный, а натуральный, в виде гранита, не хочет по той причине, что на него птички будут гадить. Тётя Валя — это Софья Сладенько, среднего возраста, а не 80-летняя безграмотная старуха, так что никаких жалоб в «администрацию» не будет, это стёб)))
Правильно, Соня, отлично врезала!))) Во-первых, у Староверова был не стёб, во-вторых, я говорила с ними обоими предельно вежливо, а в-третьих, я могла бы вывалить всю личную переписку с Липцом, чтоб убедить общественность, что никакого «антисемитизма» в моих речах не было и нет(ведь недоверие — не есть антисемитизм!!!). Вот горе луковое — так горе!)))
Юша, это класс!)) Браво! Получилось целое пособие на конкретных примерах под названием «Хотите — верьте, хотите — нет!» И веру и атеизм наши фигуранты поворачивают той стороной, которая нравится, совсем как человека))) Впрочем, каждый из них был вполне предсказуем))
Параллель Гришки с Сашкой просматривается, это смешно, а испражнения — ни к селу, ни к городу!))
Вообще-то этот стих Номерного не так плох…
Владимир Павлов 8 24.10.2020 22:09
Видимо, ему понравилось, когда тебя, относящегося к алкоголю с отвращением, его друг Туганов назвал «алкашом». Зачем повторять чужие враки, своих мало?!
Кстати, он может быть и не лысый, а вполне себе с львиной седой шевелюрой. Как-то вякнул с одной из страниц: «Павлов работает!»))) Это когда про того ещё Павлова, который опыты на собачках ставил...☺
Там жутко запутанная история. Где-то Павлов писал примерно так. Якобы завёл страницы Евграшев, но передал ноутбук какому-то журналисту, чтоб тот писал стихи и о нём самом и об обоих отцах — Евграшева и «Павлова». По-видимому, нонешний Павлов и есть этот Вилохватов. Значит, отец Евграшева — тот, которого мы раскопали Евграшев Павел и который действительно воевал на Ленинградском фронте, а страницу ведёт «Павлов», который сын Константина Вилохватова. То есть ДВА В ОДНОМ!!! Зачем они это сделали — ума не приложу! Казалось бы, проще завести отдельные страницы)))☺
И как тут было скучно без твоих хохм!!! Но видимо, Олень испугался твоего возвращения и закрыл свою страницу. Правда, думаю, что как всегда, ненадолго))
Вот как только Номерного шатает от птичек до целого Льва Толстого? Уметь надо при этом не упасть...☺
Мои всречи с Юшей Могилкиным
Ермилов Сергей
МОИ ВСРЕЧИ С ЮШЕЙ МОГИЛКИНЫМ.
Некоторое время тому обратно я зарегистрировался на сайте СТИХИ.РУ. И, бродя по его многочисленным страницам, с радостным удивлением обнаружил своего давнего знакомого и, не побоюсь обвинения в амикошонстве, старинного друга Юшу Могилкина. Его врождённая скромность с одной стороны, и безудержная фантазия с другой привели как к замалчиванию, так и к искажению фактов биографии этой замечательной личности. А ведь это человек сложной и интересной судьбы. Мог бы послужить примером современной молодёжи. Биография его должна быть доведена до сведения неблагодарной общественности в назидание народам древности.
Я познакомился с Юшей Могилкиным в прошлом веке в годы мрачной советской власти и нашей весёлой молодости. Произошло это знаменательное и, я бы сказал, поворотное в моей судьбе событие во время нашего пребывания в археологической экспедиции Казахского отделения Академии Наук СССР Алма-Атинского госуниверситета. Я числился там на должности погонщика верблюдов, а Юша являлся комсоргом экспедиции. Настоящее имя Юши – Семён Миронович Уточкин. По матери – Вапштейн, а по национальности, кажется, аргентинец. Этим именем я и буду называть его в дальнейшем. Был он в то время высокий, почти двухметрового роста, широкоплечий голубоглазый красавец-блондин. Активный комсомолец, действующий разносторонний спортсмен, человек с твердой жизненной позицией. Несмотря на такое обилие положительных качеств, был Сеня крайне скромен и дружбы своей никому не навязывал. Но, когда однажды вечером в зарослях саксаула меня ужалила гюрза, именно Сеня сказал мне:
— Да плюнь ты. Пошли лучше выпьем. – Так мы и сделали, что, как впоследствии оказалось, спасло мою молодую тогда жизнь.
Наша экспедиция моталась по раскаленным пескам Каракумов в поисках могилы триста сорок девятой жены Чингиз-хана, и неоднократно, сидя жаркими вечерами под брезентовым навесом вели мы с Сеней задушевные беседы и пили из пиал нагревшийся за день спирт. Именно тогда зародилась во мне любовь к Северу, а у Сени – к пиву. Во время этих бесед Сеня и уговорил меня отказаться от карьеры в области прикладной верблюдологии и ступить на скользкую стезю получения высшего образования.
По окончании работы экспедиции на заработанные честным погоном верблюдов деньги я приобрёл на Алма-Атинском базаре все необходимые для поступления в университет документы: аттестат об окончание средней школы, справку о том, что я не верблюд и проездной билет на троллейбус четвёртого маршрута. После чего я благополучно провалил вступительные экзамены и по специальной квоте для погонщиков верблюдов был зачислен студентом первого курса на кафедру прикладной трасологии и водолазного дела факультета дальней магнитной разведки Казахского Государственного Университета. Сыграли здесь свою роль и имевшиеся у меня в тот момент правительственные награды: медали «За оборону Рязани», «За взятие Бастилии» а также орден «Сломанный бивень» Народной Республики Конго, добытый при выполнении интернационального долга в джунглях Африки.
Сеня учился тогда на том же факультете, но на кафедре пингвинологии и тяжёлой металлургии двумя курсами старше. Находясь в перманентном академическом отпуске, Сеня много внимания уделял воспитательной работе среди младших товарищей, а для меня являлся буквально наперсником в студенческой жизни. Ведь именно игра в напёрстки на Ама-Атинском базаре давала нам тогда средства к существованию, поскольку стипендии мы были лишены, как хронические хвостисты. Являясь разносторонним спортсменом, Сеня был неоднократным чемпионом университета по игре в нарды и подкидного дурака. А одно время входил даже в сборную Казахстана по игре в го. Но перед международным турниром в Токио на собеседовании в парткоме университета не смог выговорить имя Генерального Секретаря Компартии Монгольской Народной Республики, а также не смог перечислить поимённо советских космонавтов с девятого по четырнадцатого в порядке их запуска. В результате чего был отстранён от загранпоездки, а в составе университетской команды был делегирован в город Инту на открытый чемпионат Чукотки по борьбе нанайских мальчиков. Там Сеня также не ударил в грязь лицом и занял почётное второе место. Следуют отметить, что первое место в тот год не присуждалось из-за всечукотского траура, объявленного по случаю массового падежа северных оленей.
Жили мы тогда в университетском общежитии на углу проспекта Сейфулиной и улицы Мамедовой. О, эта величественная серая громада общежития, с фасада вызывавшая в памяти ранние картины Пикассо, а с торца напоминавшая малоизвестную картину Малевича «Серый квадрат». Сколько связано в моей памяти с этим зданием! Комната, где жил Сеня, постоянно служила центром культурной жизни для всех прогрессивно мыслящих студентов университета. Сколько бессонных ночей провели мы там за спорами и задушевными беседами. Если бы удалось сейчас обнаружить тексты доносов, которые наш непьющий сокурсник Курды Абым Кургунбаев писал по утрам в деканат и партком университета, я смог бы наконец узнать, о чём же мы тогда говорили.
А между тем над Сениной головой сгущались тучи. За недопонимание роли коммунистической партии в борьбе казахского народа с монголо-татарскими интервентами, а также за организацию в подвале общежития производства самогона из кумыса и айрана в промышленных масштабах, Сеня был сначала смещён с поста комсорга факультета, а затем исключён из рядов ВЛКСМ. После же появления в самиздате статьи «Роль казахского народа в борьбе с коммунистической партией во время великого освободительного похода монголо-татар на запад» Сеня был отчислен из университета. Статья была подписана Юша Саркофагов. Как видим, здесь Сеня впервые использует имя Юша. Тираж брошюры с Сениной статьёй разошёлся практически мгновенно, благо был в одном экземпляре. Если текст статьи у кого-либо сохранился, настоятельно прошу придать его широкой гласности. Вещь будет посильнее, чем «Фауст» Гёте.
После отчисления Сеня по купленной с рук комсомольской путевке уехал в зеброводческий совхоз при заповеднике Аскания-Нова, где и устроился на должность ветеринара-сантехника. Так жизнь развела нас и дальнейшая Сенина судьба известна мне лишь из отрывочных рассказов бывших сокурсников. Слышал, что военкомат отказался призывать Сеню Уточкина в ряды Советской Армии из-за досконального знания им древнегреческой мифологии и травмы мизинца левой ноги, полученной при работе с зебрами. Сопровождая делегацию республики Верхняя Вольта в Одессу, Сеня купил там, на Привозе диплом специалиста-пингвинолога. Видимо это явилось данью ностальгии по нашим студенческим годам. Я не знаю, какое высшее учебное заведение указано в приобретённом им дипломе, но ответственно заявляю, что из всех ВУЗов Советского Союза пингвинология преподавалась только Казахском Государственном Университете. Был ещё техникум пингвинологии и крабоведения в Челябинске, но, как понимаете, высшего образования он не давал.
Затем Сеня уехал то ли в Житомир, то ли в Крыжополь, где был усыновлён бездетной семьёй древнего рода Могилкиных. Там приложил он свой недюжинный интеллект и кипучею энергию в стезе практических пивознания и самогонологии. И стал широко известен именно как Юша Могилкин.
Я обращаюсь как к нашим бывшим сокурсникам по факультету дальней магнитной разведки, так и к людям, встречавшимся с Юшей Могилкиным при иных обстоятельствах. Биография этого замечательного человека достойна того, чтобы быть собранной по крохам и преданной широкой гласности. «Никто не забыт и ничто не забыто» — таков должен быть девиз настоящих рыцарей пера и клавиатуры, истинных адептов печатного слова и ненормативной лексики.
© Copyright: Ермилов Сергей, 2010
Свидетельство о публикации №110041102283
Ну, неужели Олечка представляет себя недоваренным пельменем?! Какой ужОс!
Уже слышу новую ругань госпожи Ненашевой:
«Не стыдно тебе, а? Вот так гнусно помело распускать?
Эх, ты...»
А вообще-то омерзительно задевать жизнь родителей и детей оппонентов. Драться можно, только тет-а-тет. А лгать зачем, что-то про себя придумывать, изворачиваться? Если б те 7 интереснейших (а я поверила рассказу!!!) частей мемуаров были написаны лет 10 назад, то никто бы не упрекнул во лжи да и вражды особой не было бы… Мы люди мирные, в основном!))
реальный с жизненной правдой… Браво!
А мне АВВА больше запомнились по песне про «Мани»))