Внешность – штука вторичная. Хотя далеко не всегда и не в любой социальной среде.
«Порок оставляет свой след на лице человека. Его нельзя скрыть. Иногда, правда, говорят о тайных пороках. Но таких не бывает. Пороки дурного человека можно распознать по складкам у рта, тяжелым векам, даже по форме рук».
Оскар Уайльд, «Портрет Дориана Грея».
Вот, помнится, у нас в тракторно-пингвинологическом институте им. Г.Ф. Уткина имелись наглядные пособия для описания внешности человека по методу словесного портрета, все фотографии были сделаны в советские времена, в ИТК и следственных изоляторах. Рожи на них были – не приведи, хоспидя. ))) Уголовники потому что.
Но будь Вшивая человеком, никто бы не обратил внимание на ее свиное рыло и колбасоподобную тушу.
Уже рассказывал: давным-давно общались мы с ныне покойным В.И. Беляевым по «Skype», кто-то из нас и произнес «Вша ленка»; произнесенное тут же было трансформировано во «Вшивую ленку», так и ушло в народ.
Отлично. )))
Вот такие стихи Вшивая должна популяризировать и давать им объективную положительную оценку, а не расхваливать на все лады различного рода метроманское дерьмо.
«Наташа, как я и раньше отмечала — у Вас золотые руки. И Ваша близость к природе — удивительный талант от Бога. Стих живой и искрится цветом! Ваша Лена 26.07.2026 11:41»
А тут тоже, так сказать, прибалладился немного.
Называется
«Баллада о ночных видениях Вшивой ленки. Полная ужаса, неконтролируемого разврата и других нехороших излишеств. 1836 год, Ленинград, от Рахиль Борисовны»
Вскипел сухой шарав средь хайфицких миазмов,
Ночь, влагу растеряв, вся отдалась ему;
Кассирша не спала: отсутствие оргазмов
Тревожило ее огромную корму.
На ужин съев кило протухших бурекасов,
Страдала животом обиженная мразь:
Заштопанный матрас нечаянно измазав,
Визжала, как свинья, от гнева пузырясь.
И тут – таков закон ленуськиных мечтаний –
Проник в «деленку» свет – ворвался кто-то в дверь;
Дотопал до стола походкой павианьей,
Фальцетом пропищал: «Я свой! Не ссы, не серь!
Обрезан – посмотри – раввином Шнеерзоном;
Есть у меня девиз: «Все русские – говно!»,
Живу недалеко, давно в тебя влюбленным,
Нам быть с тобой вдвоем – судьбою суждено!».
Расправив толстый нос, в тревожном полумраке
На вытяжку стоял Дюймовочка-самец;
Беззубый, без трусов, в дырявом лапсердаке,
Нечесан и небрит, весь рыжий, что пипец.
ленуська поняла: ей выпала удача:
Никто и никогда кассиршу не любил,
А тут пришел дурак, от вожделенья плача,
Он, судя по всему, крутой адипофил.
Взалкав его гузном, кассирша возопила:
«О, рыжий карлик мой, возьми меня! Ну!.. Ну!..
Но не забудь, дружок: раздув мое кадило,
Не вздумай целовать, иначе блевану!».
За двадцать пять секунд пассивного разврата
Пустила наша Вша сто сорок шептунов,
Но оправдалась: «Я ни в чем не виновата!
Такой меня создал великий Саваоф!».
Шарав умчался прочь, повеяло прохладой,
Дюймовочка-самец исчез как легкий дым;
Заплакал мелкий дождь над ленкой голозадой
Над естеством ее – противным и гнилым.
Под утро в никуда отринула морока,
Но на столе лежит письмо, строкой звеня:
«Я для тебя никто: страдая одиноко,
Ты сорок лет назад придумала меня».
Специально для Вшивой, а то она плохо знает русский язык: Шарав – изнуряющий жаркий ветер, обитающий на территории Израиля Деленка (пишется и произносится через вторую «ё») – большая квартира или промышленное помещение:
перестроенное в несколько микроскопических объектов недвижимости жилого фонда с разными входами, без прихожей, без отдельной кухни, с общим сортиром и душем. (Например, марокканское общежитие).
Ну и так, чтобы некоторые «ура-засраильки» зря не свистели:
Вообще-то, наоборот – «мальчики» рождаются с тычинкой, «девочки» – с пестиком (иногда – сразу со многими). ))) Но это у цветковых растений, такие у них генеративные органы. )))
Зато нашо Зайцово №7, будучи кактусом, появилось на свет одновременно и с пестиком и с тычинкой. Гермафродит потому что. Вот оно и мечется туда-сюда: хает фейковую Калрецкую и целует в жопу русофобку Вшивую.
«Богоискательство отличается от богостроительства или богосозидательства или боготворчества и т. п. ничуть не больше, чем желтый черт отличается от черта синего.
Говорить о богоискательстве не для того, чтобы высказаться против всяких чертей и богов, против всякого идейного труположства (всякий боженька есть труположство — будь это самый чистенький, идеальный, не искомый, а построяемый боженька, все равно), — а для предпочтения синего черта желтому, это во сто раз хуже, чем не говорить совсем.
В самых свободных странах, в таких странах, где совсем неуместен призыв «к демократии, к народу, к общественности и науке», — в таких странах (Америка, Швейцария и т. п.) народ и рабочих отупляют особенно усердно именно идеей чистенького, духовного, построяемого боженьки. Именно потому, что всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье даже с боженькой есть невыразимейшая мерзость, особенно терпимо (а часто даже доброжелательно) встречаемая демократической буржуазией, — именно поэтому это — самая опасная мерзость, самая гнусная «зараза». Миллион грехов, пакостей, насилий и зараз физических гораздо легче раскрываются толпой и потому гораздо менее опасны, чем тонкая, духовная, приодетая в самые нарядные «идейные» костюмы идея боженьки. Католический поп, растлевающий девушек (о котором я сейчас случайно читал в одной немецкой газете), — гораздо менее опасен именно для «демократии», чем поп без рясы, поп без грубой религии, поп идейный и демократический, проповедующий созидание и сотворение боженьки. Ибо первого попа легко разоблачить, осудить и выгнать, а второго нельзя выгнать так просто, разоблачить его в 1000 раз труднее, «осудить» его ни один «хрупкий и жалостно шаткий» обыватель не согласится» (В.И. Ленин, Письмо Горькому, ноябрь, 1913г.).
Слава Аллаху, я не крещен, не обрезан и к любому верующему отношусь как к члену какого-нибудь клуба филателистов.
Врет. Ни разу нигде не читал и не слышал, что в процессе брит миллы ребенка поют алкоголем.
По уму, Вшивой было бы куда как правильнее придумать: хотела ебнуть своего выдуманного сыночку-карзиночку веслом по башке, чтобы, значится, в качестве наркоза (восьмидневные младенцы очень чувствительны к боли, ага), но передумала: всосала стакан, а потом дала ему сиську – пусть лучше уж так нажрется, чем посредством ватки.
Мусульмане, кстати, не являются радикальными сторонниками циркумцизии:
«Нет в Шариате ничего, что указывало бы на порицание того, кто не совершил обрезания, как и нет угроз в адрес того, кто не сделал этого. А поэтому, это не является обязательным» (Имам Абу-ль-‘Аббас аль-Къуртуби, «Аль-Муфхим» 1/514)
и
«Истина состоит в том, что нет достоверного доказательства, которое указывало бы на обязательность обрезания» (Имам аш-Шаукани «Нейлюль-аутар» 1/173).
У иудеев же обрезание – обязательно, поскольку является «заветом между Богом и людьми».
Иегова – забавный божок, помешанный на крайней плоти. Зачем она, интересно нужна, да еще в таком огромном количестве?
Ну, она же объявила, что ей «стыдно в том признаться», а если стыдно, то можно и башкой в морозильник. Тем более, что при таком воздействии на моск, в нем нарушаются нейронные связи, разрушаются отделы, связанные с памятью и ориентацией, после чего эмигрантки, испытавшие на себе воздействие морозилки, в обязательном порядке становятся публикаторами сайтов с.ру и п.ру.
Эта самая «Брауншвейгская» колбаса — изобретение советских специалистов. В Германии, даже в ихнем Брауншвейге, нет ничего похожего, хотя там всего навалом. Изготавливается по специальной технологии, что делает ее оригинальным продуктом, не имеющим аналогов в мировом колбасном производстве.
За что мы ее любим и ценим.
Как-то это могуче сказано: «Я уважаю любую нацию». А я – нет.
Потому что – за что? За то, что они есть? Так это не повод.
Зато уважать культурно-историческое наследие каждой нации – святое дело. И отдельных представителей, с которыми довелось общаться исключительно в положительном контексте.
А к остальному – равнодушен.
Офигенный аргумент: «мы пишем правду, они все врут».
При этом – ни одного доказательства своей «правды». Ни одного.
И полное отсутствие опровержения нашего «вранья», наверное, потому, что наше «вранье» — суть есть истина, подтвержденная непоколебимыми фактами, которую они тщательно скрывают даже от своих верных подельников.
но к интеллигенции себя не отношу.
Поэтому, как не интеллигент, скажу: не враги они нам, а груши для битья, объекты для справедливого стеба и просто тупые утырки.
Не собираюсь я никого исправлять. )))
Мое дело – ткнуть вилкой в глаз показать всю никчемность тех, кто пытается навязать русской литературе и российскому обществу свои русофобско-русскоязычные местечковые правила.
До использования эзопова языка Вшивая не доросла и никогда не дорастет: ее примитивное сознание не в состоянии использовать ни аллегории, ни аллюзии, а ирония – вообще мимо кассирши.
А сочинять скучные злобно-однообразные пасквилики – большого ума не нужно.
Ну и конечно же, немаловажный аспект: все ленкино окружение, считающее себя звездами русской литературы «от Рюрика до Путена», больше всего на свете боится критики своих бездарных выпуков. Поэтому оно аплодирует трусливой кассирше, прекрасно осознавая: а вдруг Крафт-Чук, которому надоест рулить проектом «Корецкая», внезапно разрешит критику на своей помойке.
И тогда хана всем тамошним метроманам, графоманам, русофобам и прочим антисоциальным элементам – здравомыслящий народ начнет охотиться на них с превеликим удовольствием.
Брыкаются, суетятся, зачем-то пытаются доказать нам, что они там живут, как сыр в масле катаются.
А по факту – как граждане Израиля – последний хуй без соли доедают в прямом и переносном смысле.
Был такой.
Уже рассказывал, но повторюсь. Сначала работал у моего дяди. Дядя сделал его директором страховой компании, занимавшейся грузами «Аэрофлота».
Чувак хорошо поднялся, разбогател, купил квартиру на Тверской и тут же влюбился в татарку, родители которой заявили: «Иудей? Да ну нафик». Однако страдальца оно не остановило – ради своей любви он начал воровать из компании, надеясь материальными благами растопить сердце красавицы и получить благосклонность ее предков. Не срослось. Зато нарисовалась прямая дорога в психиатрическую больницу. За воровство дядя его уволил, но преследовать не стал.
Выйдя из лечебницы, чувак остался без денег, с подтвержденным диагнозом, и с трехкомнатной квартирой в центре МСК.
Оказавшись никому ненужным, устроился работать дворником во дворе дома, в котором жил.
Сейчас уже помер, наверное.
Если значимые израильские политические деятели призывают уничтожить Россию, то у меня нет никаких причин не рассматривать Израиль как государство, враждебное РФ, со всеми его Вшивыми и прочими калрецками.
Насадим русскоязычных басурман на перо отечественной сатиры!
А то, ишь, совсем распоясались, паразиты.
«Порок оставляет свой след на лице человека. Его нельзя скрыть. Иногда, правда, говорят о тайных пороках. Но таких не бывает. Пороки дурного человека можно распознать по складкам у рта, тяжелым векам, даже по форме рук».
Оскар Уайльд, «Портрет Дориана Грея».
Вот, помнится, у нас в тракторно-пингвинологическом институте им. Г.Ф. Уткина имелись наглядные пособия для описания внешности человека по методу словесного портрета, все фотографии были сделаны в советские времена, в ИТК и следственных изоляторах. Рожи на них были – не приведи, хоспидя. ))) Уголовники потому что.
Но будь Вшивая человеком, никто бы не обратил внимание на ее свиное рыло и колбасоподобную тушу.
)))
)))
Вот такие стихи Вшивая должна популяризировать и давать им объективную положительную оценку, а не расхваливать на все лады различного рода метроманское дерьмо.
«Наташа, как я и раньше отмечала — у Вас золотые руки. И Ваша близость к природе — удивительный талант от Бога. Стих живой и искрится цветом!
Ваша Лена 26.07.2026 11:41»
А тут тоже, так сказать, прибалладился немного.
Называется
«Баллада о ночных видениях Вшивой ленки. Полная ужаса, неконтролируемого разврата и других нехороших излишеств. 1836 год, Ленинград, от Рахиль Борисовны»
Вскипел сухой шарав средь хайфицких миазмов,
Ночь, влагу растеряв, вся отдалась ему;
Кассирша не спала: отсутствие оргазмов
Тревожило ее огромную корму.
На ужин съев кило протухших бурекасов,
Страдала животом обиженная мразь:
Заштопанный матрас нечаянно измазав,
Визжала, как свинья, от гнева пузырясь.
И тут – таков закон ленуськиных мечтаний –
Проник в «деленку» свет – ворвался кто-то в дверь;
Дотопал до стола походкой павианьей,
Фальцетом пропищал: «Я свой! Не ссы, не серь!
Обрезан – посмотри – раввином Шнеерзоном;
Есть у меня девиз: «Все русские – говно!»,
Живу недалеко, давно в тебя влюбленным,
Нам быть с тобой вдвоем – судьбою суждено!».
Расправив толстый нос, в тревожном полумраке
На вытяжку стоял Дюймовочка-самец;
Беззубый, без трусов, в дырявом лапсердаке,
Нечесан и небрит, весь рыжий, что пипец.
ленуська поняла: ей выпала удача:
Никто и никогда кассиршу не любил,
А тут пришел дурак, от вожделенья плача,
Он, судя по всему, крутой адипофил.
Взалкав его гузном, кассирша возопила:
«О, рыжий карлик мой, возьми меня! Ну!.. Ну!..
Но не забудь, дружок: раздув мое кадило,
Не вздумай целовать, иначе блевану!».
За двадцать пять секунд пассивного разврата
Пустила наша Вша сто сорок шептунов,
Но оправдалась: «Я ни в чем не виновата!
Такой меня создал великий Саваоф!».
Шарав умчался прочь, повеяло прохладой,
Дюймовочка-самец исчез как легкий дым;
Заплакал мелкий дождь над ленкой голозадой
Над естеством ее – противным и гнилым.
Под утро в никуда отринула морока,
Но на столе лежит письмо, строкой звеня:
«Я для тебя никто: страдая одиноко,
Ты сорок лет назад придумала меня».
Специально для Вшивой, а то она плохо знает русский язык:
Шарав – изнуряющий жаркий ветер, обитающий на территории Израиля
Деленка (пишется и произносится через вторую «ё») – большая квартира или промышленное помещение:
перестроенное в несколько микроскопических объектов недвижимости жилого фонда с разными входами, без прихожей, без отдельной кухни, с общим сортиром и душем. (Например, марокканское общежитие).
Ну и так, чтобы некоторые «ура-засраильки» зря не свистели:
)))
Зато нашо Зайцово №7, будучи кактусом, появилось на свет одновременно и с пестиком и с тычинкой. Гермафродит потому что. Вот оно и мечется туда-сюда: хает фейковую Калрецкую и целует в жопу русофобку Вшивую.
)))
Говорить о богоискательстве не для того, чтобы высказаться против всяких чертей и богов, против всякого идейного труположства (всякий боженька есть труположство — будь это самый чистенький, идеальный, не искомый, а построяемый боженька, все равно), — а для предпочтения синего черта желтому, это во сто раз хуже, чем не говорить совсем.
В самых свободных странах, в таких странах, где совсем неуместен призыв «к демократии, к народу, к общественности и науке», — в таких странах (Америка, Швейцария и т. п.) народ и рабочих отупляют особенно усердно именно идеей чистенького, духовного, построяемого боженьки. Именно потому, что всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье даже с боженькой есть невыразимейшая мерзость, особенно терпимо (а часто даже доброжелательно) встречаемая демократической буржуазией, — именно поэтому это — самая опасная мерзость, самая гнусная «зараза». Миллион грехов, пакостей, насилий и зараз физических гораздо легче раскрываются толпой и потому гораздо менее опасны, чем тонкая, духовная, приодетая в самые нарядные «идейные» костюмы идея боженьки. Католический поп, растлевающий девушек (о котором я сейчас случайно читал в одной немецкой газете), — гораздо менее опасен именно для «демократии», чем поп без рясы, поп без грубой религии, поп идейный и демократический, проповедующий созидание и сотворение боженьки. Ибо первого попа легко разоблачить, осудить и выгнать, а второго нельзя выгнать так просто, разоблачить его в 1000 раз труднее, «осудить» его ни один «хрупкий и жалостно шаткий» обыватель не согласится» (В.И. Ленин, Письмо Горькому, ноябрь, 1913г.).
Слава Аллаху, я не крещен, не обрезан и к любому верующему отношусь как к члену какого-нибудь клуба филателистов.
)))
По уму, Вшивой было бы куда как правильнее придумать: хотела ебнуть своего выдуманного сыночку-карзиночку веслом по башке, чтобы, значится, в качестве наркоза (восьмидневные младенцы очень чувствительны к боли, ага), но передумала: всосала стакан, а потом дала ему сиську – пусть лучше уж так нажрется, чем посредством ватки.
)))
«Нет в Шариате ничего, что указывало бы на порицание того, кто не совершил обрезания, как и нет угроз в адрес того, кто не сделал этого. А поэтому, это не является обязательным» (Имам Абу-ль-‘Аббас аль-Къуртуби, «Аль-Муфхим» 1/514)
и
«Истина состоит в том, что нет достоверного доказательства, которое указывало бы на обязательность обрезания» (Имам аш-Шаукани «Нейлюль-аутар» 1/173).
У иудеев же обрезание – обязательно, поскольку является «заветом между Богом и людьми».
Иегова – забавный божок, помешанный на крайней плоти. Зачем она, интересно нужна, да еще в таком огромном количестве?
)))
)))
Значится, определимся:
Вы – Ляля, я – Муся, Ната – Пуся.
Что-то маловато будет.
Пущай ленка разбередит свою фантазию.
)))
За что мы ее любим и ценим.
)))
Потому что – за что? За то, что они есть? Так это не повод.
Зато уважать культурно-историческое наследие каждой нации – святое дело. И отдельных представителей, с которыми довелось общаться исключительно в положительном контексте.
А к остальному – равнодушен.
)))
)))
При этом – ни одного доказательства своей «правды». Ни одного.
И полное отсутствие опровержения нашего «вранья», наверное, потому, что наше «вранье» — суть есть истина, подтвержденная непоколебимыми фактами, которую они тщательно скрывают даже от своих верных подельников.
Мы поля сеем рожью, а жиды все вокруг ложью.
)))
Нифига. Я – образованный человек, меня французская няня воспитывала:
www.domstihov.org/Proza/2017/09/06/moya-prekrasnaya-nyanya.html
но к интеллигенции себя не отношу.
Поэтому, как не интеллигент, скажу: не враги они нам, а груши для битья, объекты для справедливого стеба и просто тупые утырки.
)))
Мое дело –
ткнуть вилкой в глазпоказать всю никчемность тех, кто пытается навязать русской литературе и российскому обществу свои русофобско-русскоязычные местечковые правила.Только и всего.
)))
А сочинять скучные злобно-однообразные пасквилики – большого ума не нужно.
Ну и конечно же, немаловажный аспект: все ленкино окружение, считающее себя звездами русской литературы «от Рюрика до Путена», больше всего на свете боится критики своих бездарных выпуков. Поэтому оно аплодирует трусливой кассирше, прекрасно осознавая: а вдруг Крафт-Чук, которому надоест рулить проектом «Корецкая», внезапно разрешит критику на своей помойке.
И тогда хана всем тамошним метроманам, графоманам, русофобам и прочим антисоциальным элементам – здравомыслящий народ начнет охотиться на них с превеликим удовольствием.
)))
Your text to link...
Брыкаются, суетятся, зачем-то пытаются доказать нам, что они там живут, как сыр в масле катаются.
А по факту – как граждане Израиля – последний хуй без соли доедают в прямом и переносном смысле.
)))
Уже рассказывал, но повторюсь. Сначала работал у моего дяди. Дядя сделал его директором страховой компании, занимавшейся грузами «Аэрофлота».
Чувак хорошо поднялся, разбогател, купил квартиру на Тверской и тут же влюбился в татарку, родители которой заявили: «Иудей? Да ну нафик». Однако страдальца оно не остановило – ради своей любви он начал воровать из компании, надеясь материальными благами растопить сердце красавицы и получить благосклонность ее предков. Не срослось. Зато нарисовалась прямая дорога в психиатрическую больницу. За воровство дядя его уволил, но преследовать не стал.
Выйдя из лечебницы, чувак остался без денег, с подтвержденным диагнозом, и с трехкомнатной квартирой в центре МСК.
Оказавшись никому ненужным, устроился работать дворником во дворе дома, в котором жил.
Сейчас уже помер, наверное.
Your text to link...
)))
Насадим русскоязычных басурман на перо отечественной сатиры!
А то, ишь, совсем распоясались, паразиты.
)))