Аааа, интересный момент. Точно, в запой. Ну, или в больничку. Помните, как он идиотски со всеми прощался. И долго не смердел там. Все уже подумали, вот сдох, а он вылез. Такие не мрут. Хотя вон Липец неожиданно перекинулся.
А при чем тут литература, стесняюсь спросить? Ерш и литература — понятия несовместимые. Оставит после себя смотрящих — шестерку Еремку, шестерку Шило.
Хахахаха!!! Второй раз кричу браво! До того — тете Вале, обличающей горе-паэтов. Там тоже обхохочешься.
А здесь — шедеврально. Я представил этих бабок, в раже стучащих по клаве и с пеной у рта, пускающих от натуги газы.
«Убив» десять «мышек» и двадцать шесть «клав»,
Старухи протяжно завыли:
«Мы всех победили — отважно, стремглав!
Враги отдыхают в могиле!».
Теребенькну волосы
На спине, груди.
Йети моя милая,
В лес не уходи!
Тетя Валичька, ну какая же Вы озорница и талант! Я как прочетал, прям чють с дуба не рухнул, каторый в лису смиялся какой-то циламудриной деви.
Бью в лодоши! Кречю «Брава!»
Что бы они ни говорили, как бы ни били себя пятками в грудь, они — проигравшие. Мы знаем немало примеров, в том числе, личных. А сколько ни говори «халва», во рту слаще точно не станет!
Мне их очень жаль было во время В. О. в., когда эти зверства показывают, от фашистов. «Выйдите вперед, евреи и коммунисты». За что? А они теперь с ними милуются. Евреи сдристнули в Германию, вот этот Врунгель оттуда смердит, ну, позорище же!
Меняю цвиточьки
Самый графоманистый графоман.
А здесь че? Все логично, финал как надо. ВЕРЮ!
А при чем тут литература, стесняюсь спросить? Ерш и литература — понятия несовместимые. Оставит после себя смотрящих — шестерку Еремку, шестерку Шило.
А здесь — шедеврально. Я представил этих бабок, в раже стучащих по клаве и с пеной у рта, пускающих от натуги газы.
«Убив» десять «мышек» и двадцать шесть «клав»,
Старухи протяжно завыли:
«Мы всех победили — отважно, стремглав!
Враги отдыхают в могиле!».
На спине, груди.
Йети моя милая,
В лес не уходи!
Тетя Валичька, ну какая же Вы озорница и талант! Я как прочетал, прям чють с дуба не рухнул, каторый в лису смиялся какой-то циламудриной деви.
Бью в лодоши! Кречю «Брава!»
А оригиналы- как готовые пародии!
А я люблю, он мне близок. Но Есенин ближе, конечно.