Вселенная дураков-4. Перезагрузка. Операция «Оппоньшист»

НАЧАЛО: domstihov.org/nasha_Curiosities/2015/08/24/vselennaya-durakov.html

Елена Троллянская очнулась в очень неудобной позе – с ногами, вставленными в рот.
— Фефе, фоя? – пробормотала она, выплёвывая из пасти сапоги сорок восьмого размера.
— Где я, кто я? – повторила Лено, озираясь вокруг.

Местность не походила на земную, серо-зелёное небо расстилалось над холмистой пустыней, изредка поросшей бурой травой и фиолетовыми кактусами, среди которых сновали рыжие пузатые карлики, бормотавшие на непонятном языке.

Последнее, что запомнила жертва зоотехнического эксперимента, это была вспышка в клетке вивария института имени Гамалеи, в которой она обитала по решению Межгалактического суда. А потом сознание померкло и всё остальное тоже, Максимусасс пришла в себя здесь, как ей показалось, неизвестно где.

Ощупав и осмотрев себя, Елена Троллянская с удивлением обнаружила на своей туше старую задрипанную гимнастёрку и любимые, видавшие виды галифе. Привычный костюм дополняли растоптанные кирзовые сапоги, продырявленные нестриженными максимуссовскими когтями.

— У меня дежавю? – поднимаясь, пробормотала жертва зоотехнического эксперимента. – И жрать охота… Закушу-ка я несколькими карликами, может быть, они такие же вкусные, как арабы.

Карлики оказались глупыми и непугаными, Лено быстро набила ими свою утробу и гренадёрским шагом потопала на вершину холма, на котором располагалось какое-то строение.
Приблизившись к нему, Максимусасс обнаружила, что находится у дверей дощатого сортира. Подёргав колокольчик, прикреплённый к дверному косяку, жертва зоотехнического эксперимента распахнула обе створки, сделала шаг вперед и привычно застряла в дверном проёме.

— Есть кто живой?!.. – завопила она в очко. – Спасите-помогите, сама я не местная, три дня сухой корочкой питалась, подайте кто сколько может!

— Чего орёшь? – раздалось из глубины сортирной ямы, и из очка вылезло человекообразное существо, размерами под стать Елене Троллянской.

— Землянка? – оглядев Максимусасс, спросило оно.

— Не совсем. Я жуйдовка, родом с планеты Жуидия вселенной Мела Брукса. Но попала сюда с Земли.

— Погоди, кажется, я тебя знаю! – встрепенулось существо. – Ты – Лено Максимусасс по прозвищу Елена Троллянская. Ты дважды пыталась захватить Землю, но оба раза неудачно. Зато здесь ты легенда! Меня зовут Гайка Пердунц и я твоя фанатка!

— «Здесь» – это где? – спросила польщённая жертва зоотехнического эксперимента.

— Планета называется Пырзарий, населена толстыми рыжими карликами обоих полов, они вкусные и безвредные, только и делают, что днями и ночами суетятся, лопочут невесть что на своём непонятном языке… Среди них обитаем мы – пришельцы из других миров, попавшие сюда точно так же, как ты – неизвестно как.
По законам Пырзария нам положено безотлучно обитать в сортирах и лишь один день в месяц мы можем ходить в гости к друг другу, обсуждать наши дела, распространять клевету, слухи, сплетни и писать жалобы местному правительству.
Но мы прорыли тоннели от сортира до сортира и встречаемся неофициально…
Существует пророчество: однажды к одному из нас явится спасительница и она… Погоди, я сейчас принесу свои записи.

Пердунц, оттолкнувшись ластами от потрескавшегося деревянного пола, прыгнула в очко, долго там булькала и чем-то шуршала, наконец вылезла обратно, держа в перепончатых ладонях рулон использованной туалетной бумаги.

— «И явится к нам спасительница и застрянет в дверях одного из сортиров наших и поведёт нас за собой. Будет она небрита, одета в гимнастёрку, галифе и сапоги сорок восьмого размера, её бритая голова похожа на бычачью, из пасти торчат жёлтые клыки, ноги волосаты, а речи зловонны. Но берегитесь…». – По складам прочитала Гайка написанное на рулоне и подняла глаза на Максимусасс.

— Ты – спасительница? – спросила она Елену Троллянскую.

— Да, это я! – без тени сомнения ответила Лено, оскалив пасть, — надо снова попытаться захватить Землю. И спасти всех вас — кошачьих выжарков, а то сидите здесь без дела, попрятались по клозетам, пришла пора научиться правде-матке и как её рубить!
Объявляю общий сбор около твоего сральника. Свистать всех наверх, я поведу вас бой, дети мои!

— Ура! – воскликнула Пердунц и снова нырнула в очко.

В глубине сортирной ямы были развешаны верёвочки с колокольчиками на концах. Гайка подёргала за нужные, передала соседям секретное сообщение «Срочно собираемся у меня! Явилась спасительница!».
Через несколько минут холм заходил ходуном, его поверхность покрылась отверстиями, из которых вылезли обитатели окрестных туалетов.

Первым к пердунцевскому обиталищу подошёл безголовый субъект неприятной наружности.
Увидев застрявшие в дверях огромные филеи Максимусасс, он забился в судорогах, но немного погодя справился с собой и представился:
— Ершофф Ю.Вэ. Бывший мент, профессиональный историк, бизнесмен, примерный семьянин, мне 54 года.

Анальные рецепторы и на этот раз не подвели жертву зоотехнического эксперимента. Лено, находясь в интересном положении, не могла видеть подошедшего, но она закричала так, что гайкино жилище заходило ходуном.

— Ты кого лечить вздумал, остолбень синекакий?!.. Ершофф из тебя, как из меня Снегурочка! Как был Больбумаром Падловым-Номерным, так им и остался! Стекломой тоже пить не перестал, скотина? Только где ты его берёшь, если сам когда-то распилил Хуйсельникову бензопилой?.. Ладно, ладно, успокойся, а то, судя по запаху, от страха завалил все штаны изнутри, не сильно рада тебя видеть, но ты пригодишься в моих начинаниях. Утри слёзы, всоси сопли и помоги выбраться из дверного проёма!

— Это мы мигом! – обрадованно заявил Падлов и чмокнул Максимусасс в левый филей.

— Глубже бери! И посередине! – скомандовала Лено. – А то у меня от твоего поцелуйчика жопа морщится. Сейчас я раздуюсь от гордыни и удовольствия и разнесу этот сортир куда Макар телят не гонял.

Безголовый Номерной выполнил поставленную задачу и через десять минут Елена Троллянская, подбоченясь, стояла среди обломков гайкиного сортира, брезгливо осматривая вылезших из канализации будущих концессионеров.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…