спецоперация из недалёкого будущего

Следить за ним ООПВИ (Особый Отдел по выявлению инопланетян) начал давно. Ещё два года назад. После того, как на стол начальника Отдела попало донесение от супруги некоего А.В. Чистякова о том, что её муж Алексей Вадимович ведёт себя очень странно. Совсем не так, как это принято в развитом, современном обществе.
А именно: никак не реагирует на новостные программы по Центральному каналу tv, не участвует с соседями по подъезду в обсуждении цен на продукты. С полным равнодушием и без видимого удовольствия поглощает еду, которую готовит гражданка Чистякова.
Но главное – совершенно безучастен к глобальным свершениям, происходящим в стране. Не интересуется ни внешней, ни внутренней политикой.
С этого момента и было установлено наблюдение за подозреваемым.

Разработанный план по выявлению и последующему задержанию инопланетного существа был прост, как, впрочем, всё гениальное. Зная, что после работы, в полшестого объект занимает очередь на маршрутку, один из сотрудников Отдела должен расположиться рядом с остановкой и громко закричать «Эй, люди!»
По логике, должны обернуться все. Все, кроме того, кто не относится к отряду людей.
На чердаке ближайшего дома расположится снайпер.
Начальник операции проинструктировал его, что стрелять надо только по мере необходимости. То есть, в том случае, если подозреваемый при задержании задумает что-то угрожающее жизни находящихся рядом людей.

Всё началось так, как и было расписано в плане. Оперативник крикнул. Люди в очереди засуетились и закрутили головами в разные стороны. Но один человек никак не отреагировал на окрик. Это был Чистяков.
Уже потом, в объяснительной записке снайпер невразумительно оправдывался, что, мол, его подвела нервная обстановка. Ссылался на бессонную ночь, на скандалы в семье, на раздражающий запах гнилых, чердачных досок…

Одним словом, без всяких предпосылок к стрельбе, снайпер нажал на спусковой крючок.
Чистяков дёрнулся, машинально оглянувшись в ту сторону, откуда был произведён выстрел. На мгновение застыл, словно о чём-то задумался.
Затем, упав на колени, уткнулся лицом в февральский сугроб. К остановке подъехало маршрутное такси. Опасливо переступая через Чистякова и окрашенный кровью снег, люди столпились возле двери, подгоняя друг друга.

«Вы с ума сошли! Что значит «не оглянулся»? Как он мог услышать, если глухой с рождения?», — супруга Алексея Вадимовича разбрасывалась обвинениями в кабинете руководителя специальной операции.
«Увы, но об этом физическом недуге не было сказано в личном деле, которое было заведено на Вашего супруга», — вяло оправдывался начальник ОПВИ.
Впрочем, получив в виде компенсации 200 талонов на продукты, вдова довольно быстро успокоилась.

Похоронили Чистякова без лишнего шума.
То ли из-за холода, то ли по причине отсутствия у покойного близких друзей, но кроме вдовы и могильщиков, на кладбище были только несколько соседей по лестничной клетке и председатель районного Общества инвалидов.
Повалил мелкий снег.

Всё прошло быстро, без сопутствующих таким мероприятиям, рыданий и поминальных речей.
Под пронизывающим ветром немногочисленная компания поспешила к автобусу, который любезно предоставил проштрафившийся Отдел. Никто не обратил внимания на одинокую, неподвижную фигуру, замершую в отдалении.
Выждав, когда автобус отъедет на приличное расстояние, человек приблизился к свежему захоронению.
Ветер усилился, заметая снегом мёрзлую землю и венок с аляповатыми, пластмассовыми цветами…

Через несколько минут в снежной пелене проступила картина, где один человек поддерживает под руки второго.
Безмолвно постояв какое-то время, они направились в сторону города.