О глаголе «йебум» или похождения жидов в древней Руси

«В «Сефер га-Шогам» сообщается: р. Ица из Чернигова говорит, что «в Тирасе, то есть Русии, соитие называется yebum יבום». Этим он хотел объяснить глагол יבם (йебум) — левиратный брак, который рабби Ицей связывался с русским нецензурным словом «ебем», означающий половой акт».
А.Я. Гаркави, «Об языке евреев, живших в древнее время на Руси и о славянских словах, встречаемых у еврейских писателей: (Из исслед. об истории евреев в России), 1865 год».

archive.org/details/harkavy1865/mode/2up

и

Your text to link...

Иудеи на Руси были всегда.
Еще до того, как Русь стала Русью.
Занимались всякими гешефтами, особенно их прельщала торговля рабами.
При этом чуваки считали наши валенки… идолами:

«На Руси и в греческой земле жители набожны, поскольку они вешают над воротами, над входом в дом и на стенах домов идольские изображения; [валенки] из несмешанных материалов, как делают в греческой земле и в Киесе [Киеве]. Я видел, что они не покрыты кожей сверху»
Элиэзер бен Натан, «Камень помощи», написано в период с 1152 по 1196 гг.

В общем, чувствовали себя весьма нехило, имели торговые представительства во многих русских городах и даже целые кварталы, заселенные собой.
А тут еще местный князь Святослав разгромил к чертям собачьим иудейскую Хазарию, так вообще с ихней стороны началось коммерческое паломничество на Русь. По этому поводу «Западные ворота» Киева переименовали в «Жидовские». Потом хохлы одумались, стерли вывеску, написали на воротах «Львовские», а затем, поразмыслив еще немного, назвали «Львовские» «Житомирскими».
Но это было потом, в девятнадцатом веке…

Затем всякое случалось: и ассимиляция и, наоборот, политические вредительства, and прочие безобразия.

В Киево-Печерском патерике описано житие «великомученика» Евстратия Постника.
В 1097 году некий киевский попик Евстратий сотоварищи попал в плен к половцам, которые продали его жиду-работорговцу.
Жид пригнал свою покупку в Корсунь и решил приобщить к вере иудейской, отчего заморил новых рабов голодом.
Заморил насмерть. Всех, акромя старины Евстратия, привыкшего сидеть на диете.
А тут как раз настало время пейсаха.
«Жидовин начал праздновать свою пасху и ругался над святым Евстратием так же, как отцы его над самим Господом нашим Иисусом Христом. И как в древности евреи распяли Христа, так и сей праведник был пригвожден ко кресту окаянным жидовином и друзьями его». И ругались они распятого и призывали принять веру их, а распятый Постник отвечал: «Да идите вы найух!».
«Услышав это, жидовин распалился гневом, схватил копье и пронзил пригвожденного».
Но не долго счастье длилось: византийский император Алексей I Комнин, узнав о том, что безымянный, но самый богатый жид Корсуни принял христианство, на радостях сделал его губернатором тамошней области. Однако жид крестился только для галочки и много всякого нехорошего наделал. А с императором в таком случае шутки были плохи – Леха себя не на помойке нашел, отрядил армию для проведения спецоперации, в результате которой «изгнали из области его всех евреев, отняв у них имущество, а старейшин их избить за мучение христиан», а убийцу Евстратия персонально «повесили на дереве».

Василий Никитич Татищев, конечно, не историк, а весьма деятельный чиновник, в виде хобби, основываясь исключительно на летописных материалах, на досуге сочинивший «Историю Российскую», однако, вот что он написал:

«Киевляне после всеобщего избрания на великое княжение Владимира [Мономаха] немедля послали к нему знатнейших людей просить, чтоб, придя, принял престол отца и деда своего. Владимир же, уведав о смерти Святополка, весьма опечалился и горько о нем плакал, так как имели между собою любовь, как родные братья, но в Киев идти не хотел, рассуждая, что Святославичи Давид и Олег, как более старшего брата дети, могут войну против него начать, и потому к ним послал, желая о том договор бессорный учинить. Киевляне же, не желая иметь Святославичей, возмутились и разграбили дома тех, которые о Святославичах старались: сначала дом Путяты тысяцкого, потом жидов многих побили и дома их разграбили за то, что сии многие обиды и в торгах христианам вред чинили. Множество же их, собравшись к их синагоге, отгородясь, оборонялись, сколько могли, прося времени до прихода Владимира. Вельможи же киевские, видя такое великое смятение и большего опасаясь, едва уговорив народ, послали второй раз ко Владимиру, прося, чтоб немедля пришел и народ мятущейся успокоил, объявляя, если не ускорит пришествием, то «будет опасность, как бы невестку твою великую княгиню, бояр, церкви и монастыри не разграбили, и ежели то учинится, то никто, кроме тебя, ответа пред Богом дать не должен». Владимир, услышав сие, весьма ужаснулся и вскоре послал обо всем возвестить Святославичам, сам же пошел в Киев, и когда приблизился в воскресенье, апреля 20, встретили его за градом народ многочисленный, потом бояре тоже у врат града; митрополит Никифор с епископами и причтом церковным приняли его с честию и радостию великою и проводили до дому княжеского. Так принял Владимир престол с удовольствием всего народа, мятеж же прекратился. Однако ж просили его всенародно об управе на жидов, что отняли все промыслы у христиан и при Святополке имели великую свободу и власть, из-за чего многие купцы и ремесленники разорились; они же многих прельстили в их веру и поселились в домах между христианами, чего прежде не бывало, за что хотели всех их побить и дома их разграбить. Владимир же отвечал им: «Поскольку их всюду в разных княжениях вошло и населилось много и мне не пристойно без совета князей, а к тому же и против правости, раз уж они допущены прежними князями, ныне на убийство и разграбление их позволять, и тут могут многие невинные погибнуть. Из-за того немедленно созову князей на совет». И вскоре послал всех звать к Киеву. Когда же князи съехались на совет у Выдобыча, после долгих рассуждений уставили закон таков: «Ныне из всей Русской земли всех жидов со всем их имением выслать и впредь не впускать; а если тайно войдут, вольно их грабить и убивать». И послали по всем градам о том грамоты, по которым везде их немедленно выслали, но многих по городам и на путях своевольные побили и разграбили. С сего времени жидов в Руси нет, и если кто из них приезжает, народ их грабит и убивает».

А был еще князь Андрей Боголюбский…
Но здесь целая история.
Крестоносцы захватили Палестину и обложили огромной пошлиной товары, идущие в Европу по т.н. «Шелковому пути».
Купцы стали искать иные дороги.
Так появился маршрут «из варяг в греки», главным перевалочным пунктом которого стал город Кучков, принадлежавший суздальскому боярину Степану Кучко.
Сынок Мономаха, князь Юрик, по прозвищу Долгорукий, недолго думая, замочил боярина, град Кучков повелел переименовать по имени протекавшей рядом реки – Москвой.
Так и повелось.
Но у Юрика был сынок – Андрей. Тот самый Боголюбский.
Очень интересный исторический персонаж.
Однако, не суть.
Великому князю Андрею Боголюбскому стукнуло уже за семьдесят, когда потомки Степана Кучки решились его убить. Что интересно: в убийстве приняли активное участие два «жидовина»: Ефрем Моизич (Моисеевич) и Анбал Ясин.
Видимо, им очень не нравилась активная деятельность Андрея Юрьевича насчет обращения иудеев в христианство…
(См. www.domstihov.org/steb/2017/10/23/istoriya-gosudarstva-rossiyskogo-chast-pervaya-do-nashestviya-mongolov.html, глава «Андрей Боголюбский»)

Ин, ладно.
Пропустим пару сотен лет.
Аккурат до того момента, когда приключилась на Руси «ересь» жидовствующих.
Да, чуть не забыл. Маленький нюанс.
Истории известен забавный персонаж по имени «Сенька Жидовин».
Оный кадр в 1659 году прибыл ко двору персидского шаха и представился «послом русского царя Алексея Михайловича», вытряс с шаха вагон денег и канул в небытие. Возможно, эмигрировал в Израиль, куда сбегают почти все финансовые преступники-иудеи.
Зато посольский приказ РФ поимел из-за Сеньки кучу проблем:

Your text to link...

Ну так вот, об ереси жидовствующих.
Обычно ее представляют в следующем виде: некоторые высокопоставленные жители Новогорода решили вдруг сменить христианскую веру на иудейскую. Сменили. И даже отправили в Москву своих представителей, аккурат в непосредственное окружение самого царя Ивана III Васильевича, на которого поимели нехилое такое влияние.
А потом случилось дознание архиепископа Новогородского Геннадия Гонзова, вывившего пагубные последствия ереси, об чем и написал царю.
Начались следственные действия и репрессии.
Ересь искоренили.

А на самом деле все гораздо сложнее.
Внедрение «ереси жидовствующих» — это попытка изменить идеологию русского государства, подмять его под свои коммерческие интересы и т.д. и т.п.
Новогород – штука в те времена очень мощная насчет торгово-финансовых отношений. Каждый, кто захватывал в нем власть, становился средневековым мультимиллиардером.
Есно, иудеи просекли фишку и приступили к операции «Пупок»: под видом купца в Новогород прибыл специально обученный агент влияния по кличке «Захария Жидовин» (настоящее имя — то ли Захария де Гвизольфи, то ли Захария бен Аарон га-Коген, наукой точно не установлено).
Разведав обстановку на местности, он подготовил почву для появления еще двух жидов — Моисея Хануша и Шмойлы Скарявого. Диверсанты привезли с собой переводы на русский язык книг торы, танаха, каббалистических трудов Маймонида и сочинений Иосифа Флавия (того еще сказочника, да), и начали распространять их среди влиятельных жителей Новогорода.
Затем последовала наглядная пропаганда иудаизма, подкрепленная немалыми денежными суммами и прочая мерзость.

«Они приводили блудниц в свои дома, осквернялись с ними блудом, мылись с ними в лохани и скверную эту воду брали и вливали в вино и мед, и посылали то вино и мед святителям и священникам, боярам, купцам и всем православным христианам».
Иосиф Волоцкий, «Просветитель, или обличение ереси жидовствующих», 1504г.

Разумеется, в ход шло все, включая треп о независимости Новогорода от Руси: мол, Европа поддержит, Европа спасет, Ганзейский союз рулит, вы только отрекитесь.
Отреклись. И очень многие. Из тех, что попали под иудейское влияние.
Заложив мину размазного действия, троица жидов канула в неизвестном направлении, а «ересь» распространилась ажно до столичного Кремля включительно.
И там такое началось…
Митрополит Московский и всея Руси Зосима, думный дьяк Ф.В. Курицын и протопоп Благовещенского московского собора Алексей (бывший духовником великого князя Василия III Иоанновича, между прочим) – ярые адепты жидовского религиозного учения — буквально подчинили себе Ивана III.

«В великой церкви Пречистой Богородицы, на престоле святых Петра и Алексея сидит скверный, злобесный волк в пастырской одежде, Иуда-предатель, бесам причастник, злодей, какого не было между еретиками и отступниками… Если не искоренится этот второй Иуда, то мало-помалу отступничество утвердится и овладеет всеми людьми. Как ученик учителя, как раб государя молю, – взывал преподобный Иосиф к православным пастырям, – учите все православное христианство, чтоб не приходили к этому скверному отступнику за благословением, не ели и не пили с ним»
Иосиф Волоцкий, «Просветитель, или обличение ереси жидовствующих», 1504г.

Помимо того, что иноагенты окучивали князя-инсультника Ивана III Васильевича, они делали ставку на его внука — Дмитрия Ивановича, которого больной дедушка назначил своим соправителем. Дмитрий Иванович был сыном (пардон за тавтологию) старшего сына великого князя – Ивана Ивановича, умершего от неизвестной болезни по причине лечения ее неким Леби Жидовином (о, хоспидя, опять они)))).

Есно, Иосиф Волоцкий, Гена Гонзов и ряд других товарищей активно сопротивлялись этой самой ереси, крайне опасной для Русского государства.
Дошло до того, что великий князь, все-таки, в октябре 1490 г. дал добро на проведение собора «на жидовствующих». Но оно не сильно помогло – иноагенты откупились малой кровью и, сдав пару-тройку особо агрессивных товарищей, продолжили свое черное дело.
Но в ноябре 1504г., когда Иван III Васильевич осознал всю опасность жидовского заговора, собор «на жидовствующих» собрался снова. При этом великий князь перетасовал карты и назначил своим приемником сына от второй жены — Василия (впоследствии известного как «Великий князь Василий III», отец Ивана IV Грозного).

Гена Гонзов, хоть и средневековый поп, но был далеко не дурак: он, для правильной аргументации в предстоящей дискуссии, изготовил полный перевод канонической библии на русский язык. Именно эту библию впоследствии напечатал Иван Федоров в первой русской типографии. С тех пор она стала классикой жанра…

Так вот, в результате проведенного собора, жидовская попытка подмять под себя Русь была признана ересью и антигосударственным заговором.
Иван III Васильевич быстро разрулил ситуацию, оперативно разобрался со своими близкими родственниками, одурманенными иноагентским течением, повелел сжечь главных заговорщиков, остальных тоже всячески наказал, а потом, в 1478 году, в результате Шелонской битвы, Новогород был присоединен к Московскому княжеству.
Хотя окончательно вопрос решил только внук Ивана III – Иван IV Грозный, «за жестокость прозванный Васильевичем».

А куда, все-таки, делись Захария Жидовин, Моисей Хануша и Шмойла Скарявый? А хер его знает. Иудеи, привыкшие загребать жар чужими руками, скорее всего, обязательно появились бы на горизонте событий, если они пошли по заранее намеченному ими плану. Заварив кашу и замутив воду, они выжидали. Но не сложилось. Вот и сиганули в небытие, подсчитав убытки.

Интересная штука: Иван III Васильевич отверг институт придворных жидов, искоренил «ересь жидовствующих», но современные иудеи почему-то закрывают глаза эти онтесЬемЪитские деяния великого князя.
Зато Иван IV Васильевич Грозный вызывает у пархатых мега-разрыв пукана.

А ведь он – один из самых пресвященных людей своего времени — хотел, наученный горьким опытом своего деда, всего лишь обезопасить Русь от жидовского безобразия.

В 1550 году посол польского короля Сигизмунда-Августа Станислав Едровский передал Ивану IV письмо своего сюзерена, в котором, помимо всего прочего, было сказано:

«Ты не впускаешь наших купцов-евреев с товарами в твое государство‚ а некоторых велел задержать и товары их забрать. А между тем в наших мирных грамотах написано‚ что наши купцы могут ездить с товарами в твою Московскую землю‚ а твои в наши земли‚ – что мы с нашей стороны твердо соблюдаем».

На что Иван IV ответил:
«Мы тебе неоднократно писали о том раньше‚ извещая тебя о лихих делах от жидов‚ как они наших людей от христианства отводили‚ отравные зелья в наше государство привозили и многие пакости людям нашим делали. Мы никак не можем велеть жидам ездить в наше государство‚ ибо не хотим здесь видеть никакого лиха‚ а хотим‚ чтобы Бог дал моим людям в моем государстве жить в тишине без всякого смущения. А тебе‚ брат наш‚ не следует впредь писать нам о жидах».

Вспомните Мишку Горбачева и его Котляра, Раевского, Сабурова, Гайдара, Никонова, Суходрева, Явлинского, Чубайса and иже с ними.

Вспомните Борьку Ельцина.
И всяких прочих Козыревых, Воробьевых, Авенов, Ясиных, Басиных, Лившицов, Немцовых, Бойко, Кириенко, Уринсонов, Сапиро, Боосов, Примаковвх, Браверманов, Березовских, Гусинских, Абрамовичей и прочих Волошиных…

То, что не получилось у Захария Жидовина, Моисея Хануша и Шмойлы Скарявого в конце пятнадцатого-начале шестнадцатого века, срослось у их потомков в двадцатом…

Вот такой вот сплошной глагол יבם (йебум), короче.