Как тролль тролльку затроллил

Жил-был на Прушке весёлый парень Фома. И сроду бы никого не трогал, если бы не припёрлись к нему русофобы. Сами заявились, без приглашения. Торчала там когда-то укронацистская тварь Симка, и ходила она к Фоме ежедневно, как на работу.

Он уж и так и эдак увещевал бабку, да всё без толку. Нравилось ей прийти к весёлому Фоме и прыснуть, как скунс, вонючей струёй, мерзоту настрочить и убежать в норку. Однажды не сдержался Фома и как следует наддал приставучей русофобке. Завизжала Симка как резаная, и возбудилась пуще прежнего. Ах, какая, мол, бедная и несчастная, не приняла её плохая Россия!

Тут на запах Симкиных нечистот приползла Вша, известный защитник всех обиженных и оскорблённых. Она всегда чуяла, где дурно пахнет. И начала трепетно и ласково окучивать укронацистку, прямо взяла над ней шефство. При этом она, как обычно, нагло влезала в чужие диалоги, нападала на Фому со всякими угрозами, но он поплёвывал на это дело с высокой колокольни.

Невзлюбили авторы глупую провокаторшу и шантажистку Симку, сплотились вокруг Фомы. Особенно крепко прилипла к нему одна бьющая себя пяткой в грудь патриотка Галчонок. Все вместе они наконец и свалили русофобскую Симку.

Так и повелось, все задружились, ходили друг к другу в гости, прои почитывали, комменты пописывали.

Но в один прекрасный момент «патриотке» в голову, вероятно, стукнула жёлтая вода, и она решила пустить клевету о весёлом Фоме. Тот ничего и не подозревал, но вдруг смотрит: и вовсе не Галчонок это, а самая настоящая вонючая Клизма!

Как наберёт в себя грязной воды, да как прыснет — только уворачивайся от каловых масс! Напридумывала сдуру, что и не Фома это, а вообще какие-то прежде не слыханные им товарищи. И что ходят они к ней потроллить и насмеяться над убогой пейсательницей. Целый список клонов создало её больное воображение. Видимо, многие действительно терпеть не могли её на Прушке, да только не Фома!

В общем, сидит эта Клизма в своей дыре и потролливает Фому. Да ещё и спешно переобулась, прямо в стан русофобов попёрла! «Здравствуй, дорогая Лена!» — то бишь Вша. А этим только того и надо! Очередной лох так легко попался на крючок!

И тогда Фома решил стать весёлым троллем. Клизма корябает одну пустую фигню, а Фома три смешных прикола! Клизма — две мути, а Фома — четыре хохмы.

Так все до сих пор и смеются над глупой и бездарной Клизмой, продавшейся за фальшивые комплименты знатного русофоба Ерша Падловича Смердякова.

А если Клизма не успокоится и не возьмёт свою клевету обратно, то будет затроллена до изнеможения.