Ленка Хуйсельникова и выдуманные ею «потомки» Зоила Амфиполитского

Зоиловны
Елена Гусельникова
По следам реальных событий. Но образ сестриц собирательный, аналогов нет.

Три сестрицы поутру
(Им имен не подберу!)
Отыскали свято место, под названьем Стихи.ру.

Кто посмел сказать — плохи
Были у сестриц стихи?
Негодяи-пародисты, все ха-ха им да хи-хи!

Примириться? Вот уж нет.
Предок дал во сне совет,
Посоветовал, как нужно дать обидчикам ответ.

— Словно дятел на дубу,
Я стучу им: бу-бу-бу,
Успевайте, отвечайте, все равно всех задолбу!

— Каждый стих твой сух и плох.
Оппонент, ты что, оглох?
В хлам тебя раскритикую, я филолУХ, а не лох!

— Мерзкий критик не пройдет:
В ступу сяду, и в полет,
Вот заправлюсь антифризом, ух, меня и понесет!

Сестрами ресурс забит,
Кто кривится, кто бежит,
Но тот свет сестриц одобрил (древнегреческий Аид):

Очень там доволен был
Предок трех сестер, Зоил,
От неслыханного счастья их на весь Аид хвалил,

Трем сестрицам шлет привет:
Через пару тысяч лет
Нам на пользу и на радость был придуман интернет!

web.archive.org/web/20251029142522/https://stihi.ru/2025/10/24/5329

*

Прочитали?
Молодцы. И, значится, прежде чем разбирать хуйсельниковскую белиберду, расскажу немого о Зоиле Амфиполитском.
Нужно сказать, что «Зоил» — имя, весьма распространенное в прошлом. С греческого языка оно переводится как «радостно проживающий жизнь». Известен, например, некий Зоил Фракийский – правослабный «герой», которому отрубили руки, а потом чувака сожгли.
Так что, неплохо было бы правильно расставлять акценты, рассказывая об конкретном Зоиле.
А по поводу нашего Зоила известно очень и очень мало. И все с чужих слов, написанных через много сотен лет после смерти товарища.
Считается, что Зоил критиковал произведения Гомера. Но не просто так, а с точки зрения логики и здравого смысла, противопоставляя их мифической составляющей «Илиады» и «Одиссеи».
Но опять же, критические труды Зоила не сохранились, поэтому мы не можем сказать: насколько справедливой/несправедливой была его критика.
Не стоит забывать, что людей, оболганных в Истории – пруд пруди, вагон и маленькая тележка.
Клеопатра, Влад Цепеш, Иван IV Грозный, И.В. Сталин и еще, и еще…
На каждого из них навешан ярлыки, которыми с удовольствием пользуются неграмотные люди.
Так произошло и с Зоилом Амфиполитским – нужен был определенной кучке граждан некий символ злобного критикана – вот они и придумали его.
А что там было на самом деле – полный ХЗ.

Но Хуйсельникова – самая обыкновенная дурочка из переулочка, считающая истиной во всех инстанциях любой недоказанный и непроверенный распространенный штамп.

Зоиловны

— «Зоиловны» – они, как бы, потомки некоего Зоила.
Может, Зоила — патриарха Александрийского, а может, Зоила Первого Дикайоса – греко-индусского царя, Зоила Второго Сотера – коллегу последнего, али даже их последователя — Зоила Третьего…
Но, допустим, чисто гипотетически, все-таки, потомки вышеупомянутого Зоила Амфиполитского – ведь это единственный Зоил, про которого Хуйсельникова что-то где-то когда-то слышала самым краем огромного уха.
На сегодняшний день самая древняя монархическая династия – японская. Официально известна с третьего века нашей эры.
Зоил Амфиполитский жил в IV веке до н.э. В Греции, ага.
Неужели Хуйсельникова решила, что ей лично известны представители современного поколения известного древнего греческого философа?

По следам реальных событий. Но образ сестриц собирательный, аналогов нет

— Это как оно? «По следам реальных событий», «но образ сестриц собирательный, аналогов нет»… Одно противоречит другому.

Три сестрицы поутру
(Им имен не подберу!)
Отыскали свято место, под названьем Стихи.ру

— Если ты, дура набитая, не можешь «подобрать имен» для своих вымышленных «героинь» («трех сестриц», украденных у Пушкина), значит, ты говоришь неправду.
И, по идее, все три «зоиловны» должны быть гречанками. Однако, об этом у Хуйсельниковой ни слуху, ни духу.

«Свято место»…

— Алле, гараж, «святое место» — оно двор иудейского храма или сам храм:
«Священник, совершающий жертву за грех, должен есть ее; она должна быть съедаема на святом месте, на дворе скинии собрания» (Лев., 6:26),
с каких это пор сайтик метроманствующих графоманов стал скинией?

«Под названьем»

— Правильно было бы написать «под названием», но чего не дано Хуйсельниковой – так это грамотно изъясняться.

Кто посмел сказать — плохи
Были у сестриц стихи?
Негодяи-пародисты, все ха-ха им да хи-хи!

— Стоп. «Три сестрицы поутру» «отыскали» сайтик с.ру. Так? Так.
Они, судя по показаниям веселой пукановской вдовы, еще ничего не успели на нем опубликовать, но почему-то сразу же начинают верещать о том, что их обижают.
Это че за бред-то, бля?

Примириться? Вот уж нет.
Предок дал во сне совет,
Посоветовал, как нужно дать обидчикам ответ

— Угу, не опубликовав ни одного текста и, соответственно, не получив на неопубликованное ни одного отзыва, «сестры» отказываются примириться с критикой и пародиями на свое никем не увиденное творчество и втроем одновременно видят во сне какого-то своего предка, дающего им совет, оставшийся за кадром хуйсельниковского высера.

Далее следует непереводимая игра слов, отражающая всю глубину естествознания пермской содамитки:

Словно дятел на дубу,
Я стучу им: бу-бу-бу,
Успевайте, отвечайте, все равно всех задолбу!

— С «задолбу» все понятно, но сразу видно: Хуйсельникова никогда не слышала стука дятла. Нет там никаких «бу-бу-бу», есть только барабанная дробь с отсутствием гласных букв.

«На дубу», ептыть. ) Ну, нашей храмотейке простительно применение старинного местного падежа, она ж не Александр Сергеевич с его «Златой цепью на дубе том».

Каждый стих твой сух и плох.
Оппонент, ты что, оглох?
В хлам тебя раскритикую, я филолУХ, а не лох!

— «Сухиплох»? Бывает, хули.
«Лох» — слово мужского рода и поэтому относится исключительно к мужчинам. Для женщин есть другое определение – лохушка.
Но Хуйсельниковой виднее: вполне возможно, скоро она скажет про себя, почесывая выпирающий кадык: «я не только лох, я еще донор спермы».

Мерзкий критик не пройдет:
В ступу сяду, и в полет,
Вот заправлюсь антифризом, ух, меня и понесет!

— Интересно, каким образом «полет в ступе» может ограничить передвижения «мерзкого критика»?
Раньше-то чувырло, укравшая чужую биографию, активно употребляла стекломой, а нынче почему-то переключилась на антифриз.
Антифриз – смертельный яд, его даже конченые алкоголики не употребляют. Что-то пукановскую вдовушку занесло…

Сестра́ми ресурс забит,
Кто кривится, кто бежит,
Но тот свет сестриц одобрил (древнегреческий Аид)

— «Сестра́ми» — удареньице ни в пизду, ни в Красную армию.
Сестер – три, но только две из них «кто кривится, кто бежит» (а куда именно «бежит» — вопрос открытый).
Что значит «но тот свет сестриц одобрил»?
Они разве успели умереть?
Нет, ведь об их единовременной смерти корявомозглая Хуйсельникова не сказала ни слова.
И правильно было бы написать «но тот свет (царство древнегреческого бога Аида), одобрил прибытие сестриц».
Читать высеры Хуйсельниковой – оно как слушать человека, «глотающего» буквы и слова – никакой связанности речи.

Но, как всегда, есть нюанс.
Мертвые жители царства Аида не могли никого и ничего «одобрить» или не одобрить – нет и не было у них таких прав.

Очень там доволен был
Предок трех сестер, Зоил,
От неслыханного счастья их на весь Аид хвалил

Хуйсельниковой не мешало бы узнать: для того, чтобы попасть в царство Аида, необходимо переправиться через реки, окружающие его: Стикс, Ахерон, Лету, Флегетон и Коцит.
Стоимость перевозки («навлон») равна одному оболу – древнегреческой серебренной монете, засунутой в рот покойнику).
Тариф Харона, куда деваться. Другой валюты он не признавал.
А те, кто не мог заплатить, вынуждены были вечно шариться вдоль берега рек, огораживающих царство мертвых.
Вопрос: где «три сестрицы» взяли каждая по оболу? Они разве, «поутру, отыскав свято место, под названьем Стихи.ру», предчувствовали свою скорую коллективную смерть и закупили у нумизматов каждая по монетке?
Бред какой-то.

Однако… Откуда у Хуйсельниковой уверенность, что Зоил Амфиполитский попал именно в царство Аида, а не в мифологический греческий «рай» — Елисейские поля (Элизий)? Он же был одаренным философом и критиком, уважаемым современниками; его, получается, любили боги.
Дык, а оттуда, что содамитка об мифологических Елисейских полях ничего слыхать не слыхивала, дубина необразованная.

Трем сестрицам шлет привет:
Через пару тысяч лет
Нам на пользу и на радость был придуман интернет!

— Пиздец. ))) Повторяю: Зоил Амфиполитский жил в IV века до н.э.
С математикой у Хуйсельниковой тоже явные нелады: 2026 год минус две тысячи лет… Получается двадцать шестой год нашей эры.
Хуясе, чувак, чтобы передать «привет» покойным «сестрицам», которых он «встретил» в царстве Аида, прожил ради этого самого «привета» дополнительных четыреста лет.
Че за херня такая?
И что, религия древних греков, неизвестно каким образом практикующаяся в наше время (согласно информации от ушастой пукановской вдовушки), восторгается наличием Интернета («Интернет» пишется с заглавной буквы, кстати)?

Хуйсельникова, уйди, уползи нахуй куда-нибудь под свой продавленный и загаженный клопами диван, не маячь на фоне русской поэзии: не дано тебе, плешивой, сочинять стихи. Займись нормальным делом: сожри своих выдуманных кошек и собак, в кои-то веки наведи порядок в давно засранной квартире, побрейся наконец. Изучи технику узелкового плетения и, если Зевс даст, изготовишь «себе на радость» парадную робу с элементами макрамэ.