Вот что "Старый Кёнигсберг" делает!

Помятый Ёрш сидел на лавочке у подъезда и блаженно щурился на ласковое солнце. Бабье лето незаметно окутывало его грязную голову своей тонкой серебристой паутинкой, убаюкивало, умиротворяло. Недавно он одарил философскими комментариями своих товарищей по литературному сайту «Унылый графоман» и был весьма доволен собой.

Он даже не сразу заметил, как рядом с ним на лавку опустился верный прихвостень Шило, можно сказать, собрат по перу.

— Ну, как, Юрий Владимирович, что-нибудь новенькое написали? — заботливо спросил он, поздоровавшись.

— Я пока в поиске, — важно ответил коллега, — вот, ищу, думаю…
Тут он достал из пакета бутылку «Старого Кёнигсберга» и лихо отхлебнул из горлышка. — Отменный коньяк, хотите?

— Увольте! Увольте! — замахал сморщенными лапками Шило. — Лучше по делу. Как вам мой последний стишок? — скромно потупив глаза, спросил он. — Что-то публика ко мне совсем плохо ходит. К вам, кстати, тоже. Какая-то жалкая кучка маргиналов.

— Ну что, сказать, — нарочито растягивая слова, произнес Ёрш, — весьма неплохо пишете, весьма. Хотя кому там читать-то? Жалкая биомасса. Из всех авторов можно выделить только меня да вас. Ну, ещё старину Аебалу. А кого, стесняюсь спросить, вы называете публикой? Сборище овец и баранов под предводительством козлов? Да что они понимают в литературном процессе? Им бы только хиханьки да хаханьки. Вон всяких клоунов почитать, Фомичей.

— Да, видел уж, — вздохнул Шило, — никому не нужны серьёзные произведения. К нам человек по 20 в день приходит, а к этим по 200. Там ещё всякие бездарные рейтингисты, графоманы… Как низко пала литература! Это дно!

— Не то слово! — подтвердил Ёрш, с причмокиваньем отхлебнув коньяка. — Вот так и остаётся читать: вы — меня, а я — вас. Теперь у меня такая задумка! Такая задумка! Как раз на днях покойника обмывал, это подработка у меня, а я ведь только с литературной элитой работаю! Так вот, попутно залез я в закрома этого известного покойника-литератора — мать моя женщина! А там рукопись, свеженькая, сброшюрованная, листочек к листочку! Готовый роман! Исторический! Я ведь кандидат исторических наук, как вы знаете.

— И что? Неужто присвоили? — ужаснулся старик Шило.

Ёрш снова отхлебнул из горла и утробно заржал во весь голос:

— А что? Чай, не впервой! И не присвоил, а позаимствовал.

— Но как? Но это… это же нарушение авторских прав! Плагиат! Засмеют же на «Унылом графомане»!

— И кто об этом узнает? О, блин, проговорился! Слушай, любезный, ты ничего не слышал, а я ничего не говорил! Шутка это была, понимаешь, шутка! Ладно, пора мне, заговорился я тут, расслабился. Вот ведь что хороший коньяк с хорошими людьми делает!