АРБУЗ.
Безлунная ночь. Сильный дождь лил толстыми вертикальными струями. Ливнёвки не справлялись. Остатки воды растекались по булыжной траектории, предназначенной для перемещения скота, но не людей. Тем не менее какая-то фигура скользнула в ближайшую подворотню. Оглядевшись, силуэт произвёл некоторые манипуляции под дождевиком и обоссал все граффити местных художников. Снова вынырнув под ливень, сразу вернулся обратно, хотя ссать уже не хотелось. Да и дождь не долбил по капюшону. Злорадный оскал можно было увидеть только в свете молний. Но некому. И никто не знал о чём в тот момент думала странная фигура в дождевике.
Тем не менее, человек внутри поёжившись, вышел в дождь и побрёл вниз по брусчатке вслед за текущей водой. Редкие фонари освещали его путь. Щёлкнул выкидной нож. Внезапная молния блеснула на остром лезвии. Дальнейший гром заглушил его злорадный хохот. Он орал в чёрное небо, пока не захлебнулся дистиллированной водой. Закашлялся и надвинул капюшон пониже.
Так он и брёл всё дальше и дальше оставляя свой след клинком на лакокрасочном покрытии дверей припаркованных автомобилей. И дождь не смывал его следы.
Наконец человек в дождевике остановился у единственно-освещённой овощефруктовой лавки. Проведя острым лезвием по давно небритому подбородку, толкнул дверь и вошёл.
Звякнули висюльки на входе.
Фигура скользнула за стеллажи.
Араб в тюбетейке, торговавший контрафактными овощами и фруктами со всего света, вытянув шею, пытался среди стоек с товаром обнаружить покупателя.
— Вот ты где! – Вдруг вынырнула перед ним фигура в дождевике с ножом в руке.
— Кто? – покрылся потом продавец, да так, что непонятно было, кто только что вошёл с улицы.
— Ты. – Ткнул пришелец нож в арбуз, лежавший на прилавке.
Вырезав треугольник, сунул в пасть. Сладкий сахарный сок потёк по подбородку.
— М-м. Вкуснятина. Беру. – Полез он под дождевик.
— Бесплатно, брат. Акция. Первому ночному посетителю арбуз в подарок.
— Спасибо. – Наконец-то вынул тот обрез и выстрелил торговцу в голову.
Мозги повисли гроздьями на винограде.
Забрав арбуз, он ушёл обратно в дождь.
8.8.25
5 комментариев
Особенно всякие продавцы на рынках.
Но зачем стрелять из обреза, когда можно было его просто рассеять на молекулы силой божественной мысли?
)))
Мне не жалко 20 руб, меня угнетает обращение: ОТЕЦ.
Я сцуко в два раза моложе его выгляжу, пусть и толще. ОТЕЦ.
— Какой я нахуй тебе отец?!!! – отвечаю. – Таких детей всегда топил в ведре.
Отстают.
)))
А про стрелять изабреза, тут цикл решил замутить про разную смерть. У меня и так персонажи не отличались особой живучестью, но как-то так.
ПС. Всё улетаю в Казахстан. Буду 17-го.
))))
А «отцом» мою тушку никто со стороны не называл. Видимо, она хорошо сохранилась.
)))
)))))
Жена нет. Она как Байбише обозначена. )))))
ПС. Это не тушка твоя замечательно сохранилась, просто ты не ходишь по ночам за пивом.
))))))
«Байбише», насколько я помню, у всяких тюрков – наименование первой жены, которая главенствует над остальными (младшими) женами. Байбише не имеет никакого отношения к гарему, поскольку в гареме содержались не жены, а наложницы, ведь мусульманам нельзя было иметь больше четырех жен одновременно.
Так что, покайся, грешник в своих сладострастных антихристианских прелюбодеяниях, ведь теперь стала очевидна причина твоей нелюбви к Путену – он, несмотря на многочисленные просьбы Ка-Дыркина, так и не разрешил многоженство в РФ. )))
Кста, главный косяк фильма «Белое Солнце пустыни»:
«У Абдулы было одиннадцать жен». )))
P.S. Я по ночам сплю.
)))